Мадам

Человек в форме шагал по деревне и удивлялся, что эта деревня – его. Родная. Как давно он тут не был. А вот и знакомый дом с синей крышей.

Он постучал. Дверь открыла Дарья.

– Паша, сыночек!

– Я вернулся, мама. Передал границу надежным ребятам.

Они вошли в дом, и Дарья крикнула:

– Посмотрите, кто пришел!

Из комнаты выбежала девочка лет пятнадцати, красивая, с длинными русыми волосами.

– Пашка вернулся!

– Людка! Какая ты взрослая стала, не узнать.

Последним, прихрамывая, вышел отец.

– Ну здравствуй, Павел.

– Попросили после срочной остаться. Ну мы всей компанией и решили: надо. А теперь я офицер.

– И жених, – добавила сияющая Дарья. – Бабы в деревне с ума сойдут.

– Отметим, – решительно сказал отец. – Накрывай на стол, выпить надо за здоровье сына.

Павел заметил, как мама сразу будто поникла. На щеке – бледно-желтый, уже давний, синяк, на шее – еще один, свежий, на запястьях – ссадины. Он подошел к отцу и решительно взял его за плечо и надавил.

– Ты проспись, батя. Завтра поедем на рыбалку.

* * *

– Мам, а Тая-то где, в школе? Я уходил, ей три годика было, а сейчас, значит, восемь. Школьница.

Мама и Люда опустили глаза. Повисло молчание.

– А ну рассказывайте!

– Паша, мы писать не хотели. Умерла Тая четыре года назад. Тиф.

Павел бросил вилку.

– Что ж ты не сказала, в часть не позвонила! Меня бы на похороны отпустили.

Он почти плакал.

– Тебе и так тяжело было, сынок.

– Это сестра моя.

– Мама запретила.

– Так, – Павел утер лицо кулаком, – веди на могилу.

– Нет у нее могилы, Паша. Сказали, что они там сами, в городе.

– Значит, поедем в город.

– Мы там ни разу не были. Эпидемия…

– Мама, – он говорил все тише, – покажи свидетельство о смерти.

– Нам ничего не дали.

– Господи, да вы тут с ума посходили!

Павел быстро надел шинель и быстрыми шагами пошел к двери. У двери он остановился и сказал, посмотрев в сторону спальни, где был слышан храп отца:

– Убью…

Павел открыл дверь и вышел.

* * *

Оставалось доработать полчаса. Продержаться полчаса. Потерпеть. Голова раскалывалась, будто чугуна налили.

Раздался стук в дверь.

Откашлявшись, он застегнул белый халат и крикнул:

– Войдите!

Мужчина в форме выглядел одновременно взволнованным и решительным.

– Вы – заведующий отделением Протасов?

– Я. По какому вопросу?

– По вопросу смерти Таисии Смирновой пять лет назад.