Белый Зал

– Может, наследственная память?

Ниэль молча подошёл и поднёс коробку ко рту Чудика, который языком вытолкнул из ослабевшего рта окровавленную часть пальца, и та упала прямо на серебряного пухляша.

Король Слизней медленно поглотил фалангу, становясь больше. Чудик с нетерпением ждал, когда ему можно будет съесть слизня и, наконец, заснуть.

– Подожди немножко, осталось чуть-чуть, – успокаивала его Мики.

Вспыхнул ослепительный свет, а когда он потух, все увидели пухляша, на теле которого горели серебряные языки пламени.

– Так и должно быть? – неуверенно спросил Ниэль.

– Да, – Мики кивнула, – теперь Чудик должен проглотить его. Он растворится внутри, а потом по венам попадёт в мозг и сердце.

Ей было грустно из-за того, что пришлось идти на такое. Но ради выздоровления верного друга, ей пришлось согласиться. Её утешала мысль, что тот теперь станет поддержкой Ниэлю и поможет им обрести силу…

Ниэль передал коробочку Чудику, который осторожно, двумя ладонями, принял её, хотя минутой ранее едва рукой шевелил, и поднёс шкатулку ко рту, с хлюпаньем проглотил пухляша.

*Тоцк*

Коробка выпала из его рук, и он заснул глубоким сном. Ниэль своими манипуляциями старался всеми силами сделать так, чтобы Чудик добровольно съел слизня, не выражая ни грамма сомнений.

– Мне нужно время, – бросил Ниэль и сел перед ним, закрыв глаза.

“Почему он так легко заснул? Ниэль же не начал ещё лечить его облако снов. Странно… Мир снов слишком загадочен, никто не может нормально изучить его, но всё же, почему именно сейчас начало рушиться облако Чудика? И эта его реакция на пухляша… Совпадение?” – Элика внимательно смотрела на Ниэля.

– Пойдём, Эли, пусть он лечит Чудика, – Мики коснулась её руки. Они уже давно оставили детские споры и стали близкими подругами.

– Хорошо,– рассеянно кивнула Элика.

***

Прошёл год.

На свой тринадцатый день рождения Ниэль вновь сидел и кисточкой выводил знаки.

Он дошёл до пика в алхимии ещё три года назад и решил освоить новую профессию.

Выбор пал на изучение массивов, ведь лучше Хилдефона наставника в этом деле не найти. Поначалу Ниэль скептически относился к этому ремеслу, потенциала в данном направлении у него не было. Он читал в книгах Хилдефона, что без особой родословной или подходящей энергии он максимум достигнет пятого ранга и упрётся в потолок.

Ниэль аккуратно провёл линию, завершая символ. Он бережно вытер кисточку и положил её в специальный сосуд.