Белый Зал

Он не знал, почему капля крови Высшего Бога не может уберечь облако снов, но у него была теория. Мир снов – это нечто вне тела Чудика, а капля крови защищала только физическую оболочку. Те же ментальные воздействия влияют на мозг.

Облако Чудика вместе с его психикой было почти уничтожено из-за неудачного эксперимента Хвирдов, что лишило его естественной защиты родословной, которая была, например, у Мии, Мики и Элики. Конечно, Чудик спокойно жил бы и дальше, это никак не сказывалось на его здоровье, разве что делало уязвимым к атакам через сны.

Мог бы, если бы не Ниэль.

Он нашёл самые ужасные воспоминания Чудика, об опытах над ним в лаборатории Хвирдов, и, воспользовавшись силой своей родословной, постоянно заставлял Владыку переживать во сне весь тот ужас снова и снова. В то время Ниэль надолго закрылся у себя под предлогом изучения особенно сложного массива и всё время следил мысленным восприятием за действиями Чудика.

Через неделю тот уже не мог спать.

Он боялся засыпать – если случайно прикрывал глаза, перед ним сразу появлялся старик со скальпелем и трубочкой.

Но иногда к Чудику снисходил Спаситель, позволяя ему поспать несколько часов. Он посылал ему лекарство в виде серебряного слизняка. Лишь при его появлении приходил благословенный сон. А позже слизняк начал требовать плату в виде фаланги мизинца, и Чудик с радостью отдавал её, ведь во сне не чувствовал боли.

Девочки заметили изменения в поведении Чудика, но никак не могли понять, в чём дело.

Тогда Ниэль и высказал мнение, что у того рушится облако снов, и добавил, что сам подобраться туда не способен, из-за защиты родословной. После недолгого обсуждения именно Мики предложила вариант со слизнем и заменой души. Ниэль согласился, и началась подготовка.

И вот сейчас они, наконец, приступают к главному действию.

– Чудик, тебе надо кое-что сделать, чтобы вылечиться, сделаешь? – спросила Мики, поглаживая его по плечу.

– Аааа, – протянул тот, поднимая красные опухшие глаза на детей. Но вот, он заметил слизня.

– Оооо, – Чудик радостно встрепенулся, из последних сил поднял руку и поднёс её ко рту.

*Треск!*

Дети в изумлении наблюдали, как он щёлкнул зубами, откусив последнюю фалангу мизинца. Да сделал это так, будто десятки раз тренировался.

– Как он узнал? – ошарашенно спросила Мики.