Салага

Первое, что увидел Столяр, залезая в ее сотрясаемую мелкой вибрацией кабину, – глаза Матроса, а в них понятный без слов вопрос.

– Трогай, – коротко скомандовал майор, наклоняясь к рюкзаку, чтобы переложить в него прихваченные из «Жигулей» вещи.

– Как же так? – пробормотал потрясенный Матрос, без всяких объяснений догадавшись по виду командира, что случилось самое худшее.

– Как? как?.. – передразнил Столяр сердито. – Ты же в Чечне воевал. Забыл, как такое случается? Прохлопали одного недобитого, он и вставил по первое число.

Да трогай ты, мать твою, в конце-то концов! С минуты на минуту сюда слетятся бандиты и менты со всей округи.

Ступни Матроса уперлись в педали управления, и колеса фуры подмяли под себя первые метры дороги.

Турбаза отступила назад. Навстречу уже не шел, а мчался, лес. О лобовое стекло, оставляя мазки бесцветной холодной крови, разбивались в лепешку летучие насекомые. Но Столяру не переставало казаться, что фура едет слишком медленно. «Давай! Давай, жми!» – подстегивал он Матроса, тревожно всматриваясь вперед.

КАМАЗ с ревом подлетел к перекрестку. Напугав прочих участников движения бешеной ездой, он нагло вломился в пределы оживленной автотрассы. Через километр Борис Васильевич заметил первый названный связным ориентир – высоковольтную линию электропередач. ЛЭП пересекала дорогу под прямым углом. Рядом с нею должен быть съезд. Так и есть, слева.

– Сворачивай, – велел он Матросу.

Боец затормозил. Разогнавшийся тяжеловоз повиновался неохотно и поравнялся со съездом, сохраняя весьма опасную для предстоящего маневра скорость.

Рискуя опрокинуться, Матрос вывернул руль влево.

Панически заверещал сигнал встречной легковушки, взвизгнули тормоза, в адрес Матроса полетели мат и проклятия.

КАМАЗ пересек встречную полосу. На съезде его колесо угодило в яму, и Столяра подбросило, чуть ли не до потолка.

– Тише ты, крутой Уокер… – Фуру вторично тряхнуло, и до конца не высказанное предостережение застряло у майора на языке.

Взбрыкивая на колдобинах, большегруз преодолел открытый участок и нырнул в лес.

Дорога стала еще хуже. Вдобавок мешали деревья. Они цепляли фургон за бока, скребли по крыше. Щадя машину, Матрос снизил скорость. Столяр не протестовал, потому что сейчас успех операции в большей степени зависел от прочности фуры, чем от способности его и Матроса защитить ее от угрозы извне. Майор развернул карту. Вот-вот должна была появиться деревушка, а за нею шоссе. Но «вот-вот» растянулось на добрые полчаса.