«Необыкновенные пояснения Аркадия из АСМ в России». Том 1

с ботинками, девушкам было явно не под силу. Начались вздохи, преждевременное оплакивание отмороженных сашиных почек… Были предприняты какие-то чахлые попытки разбудить, поднять, спасти… Чего Саша, как и ужравшийся Эммет Браун в салуне, попросту не отразил. И что же в такой ситуации прикажете делать? Тащить его мне было лень.

Пару секунд подумал и говорю:

– Вы знаете, у меня есть одна Мысль…

Хотите, я сделаю так, что он сейчас встанет и сам пойдет в палатку?

– Да!!! Но это невозможно. Если Саша уснул, то это уже всё.

В сумерках я улыбнулся сам себе, представив что-то подобное, и ответил:

– Хорошо! Идите открывайте палатку. Потому, что он сейчас встанет и пойдет в неё, а она закрыта.

Девушки не стали спорить, а молча пошли и расстегнули вход. После чего вернулись, доложили, что все готово и спросили:

– А дальше-то что?

А дальше… Я приложил левый указательный палец к левой части губ, плотно прижал его, подошел к Саше, склонился над ним, и спокойным, уверенным тоном негромко произнёс:

– Саша-Саша… Вставай… Просыпайся… Маасковский борт двести шестьдесят два просит посадку… Маасковский борт 262 просит посадку… – и… цокнул языком.

После чего все с удивлением наблюдали сцену стремительного пробуждения Александра, аналог которой есть в Третьей части фильма «Назад в будущее», где Док в 1885-ом году в салуне, после вливания ему в рот смеси перцев через воронку, садится, выкатывает из орбит глаза, а затем бежит к лохани с водой.

Точно так же случилось и с Сашей. Из положения “ЛЕЖУ, СПЛЮ” он одномоментно согнулся пополам, сел, открыл глаза и, глядя вперед, очень взволнованно выдал:

– Хм… Двести шестьдесят второй??? Так это ж Москва!!! – после чего встал на ноги, посмотрел в ночное небо, едва подёрнувшееся рассветом, и недоумённо добавил:

– Откуда он здесь в это время???

Две Кати подхватили Сашу под руки и увели в палатку, откуда чуть спустя вначале начался дружный ржач*, а затем выбежал полностью проснувшийся Александр.

* Он там тогда буквально рвался наружу, говоря: – Сейчас, сейчас, погоди! Только самолёт посажу и вернусь!

Он подбежал ко мне и, пожав руку, сказал, что я опасный человек, ибо его нельзя разбудить ничем кроме позывных. Их он, как и все другие авиадиспетчеры, принимает ВСЕГДА.

А я это знал, и две секунды прикидывал кем же именно его будить. Люфтганза, Эйр Франс, Ютэйр, Малев это всё чужие.