Наблюдатель

Во-первых, дело самое обычное. Во-вторых… – Сейранов внезапно подался вперед и вытянул орангутанообразную руку, – взгляни-ка.

– Что?

– Рисунок на стене видишь?

Белобрысая голова Гурова повернулась, и Макаров увидел, что толщина его шеи практически совпадает с диаметром головы.

– Ну?

– Что думаешь об этом?

– Я не знаю.

– Ну, так вот, – продолжил Сейранов, откидываясь назад. Взгляд его оставался прикованным к чему-то на стене, – если дело затянется, то имей в виду: этот тип не хвост или какой-то баклан, а член команды.

В полном смысле. Просто рычаги подключились другие, понимаешь? Люди же хотят как лучше…

– Но шеф знает, как мы работаем, – бегающий взгляд Гурова продолжал что-то искать вокруг себя.

– Шеф ничего не может сделать… Не забивай голову. Во-первых, твой шеф – это я. А во-вторых… – Сейранов встал с табурета и, положив руку на плечо Гурову, заглянул ему в глаза, – во-вторых, я тебе уже говорил, Стас, твой главный минус в том, что ты никак не научишься мыслить самостоятельно.

Хотя… отчасти, это и твой плюс, но не сейчас… Как себя вести? Ну, можешь рассказать, чем ты занимаешься в органах внутренних дел.

К удивлению Макарова, лицо Гурова преобразилось, словно Сейранов посредством взгляда передал ему дозу чего-то ободряющего.

– Ну, допустим. А дальше что? Пустишь его по своему плану?

– Ага, как же, – усмехнулся Сейранов, сжимая огромный угловатый кулак с перстнем на среднем пальце.

Сейранов, очевидно, хотел сказать что-то еще, но скользящий взгляд его задержался на дверном проеме, глаза сощурились, и Макаров понял, что его заметили.

– Иван?

– Игорь, – поправил Макаров, как ни в чем не бывало, выходя из темноты прихожей.

Сейранов задумчиво смотрел на Макарова.

– Мне нужны копии ваших протоколов, – сказал он после паузы.

– Осмотра?

– Хотя нет, давайте оригиналы.

Макаров нахмурился. Пальцы принялись перебирать жетон дежурного, забытый в кармане.

– Так не пойдет, – сказал он, переводя взгляд на пыльные ботинки и думая о том, что если поднимет голову, то увидит устремленный на себя взгляд бараньих глаз и тут же испытает острое и, вероятно, неудержимое желание зарядить между ними кулаком.

Где-то в глубине сознания он понимал, что ему следовало просто отдать протокол и поехать домой. Но что-то мешало. То, что однажды лишило его шанса поступить в Академию, а спустя пять лет – занять место заместителя и получить служебную квартиру.

То, что сам он называл зудом в голове.