Инквизитор. Башмаки на флагах. Том четвертый. Элеонора Августа фон Эшбахт

Они ждут!

«Чего? Чего они ждут?»

– Вилли! – орёт генерал, он уже почти в ярости. – Какого дьявола вы стоите?! Вы же хотели пострелять! Так идите, идите и наконец убейте их офицера! Или хоть пораньте его. И стреляйте с сорока шагов! Не давайте этим сволочам продыху.

Глава 13

Прибежал стрелок из тех, что были посланы в дозор и находились сейчас правее всех сил генерала на одной из боковых улиц. Солдат озабоченный, то ли бежал быстро, то ли перепуган.

– Господин, сержант велел передать, что там на улице, – стрелок махнул рукой, в западном направлении, – люди.

«Люди». И это не простые граждане города. Не пекари и не купчишки, не какие-нибудь каменщики. Люди – это… люди.

– Сколько? – сразу спрашивает Волков, сие первое, что нужно знать командиру о враге. – Много их?

– Дюжина. Может, больше, они из-за угла вышли, нас увидали и встали сразу. В доспехе все в хорошем. Постояли и ушли за угол.

– Офицер был при них, стрелки, арбалетчики, конные?

– Конных не было… Офицер? Не разглядел я…

– Вас, дураков, зачем туда послали? – зло говорит кавалер.

И было отчего ему злиться, ситуация складывалась неприятная. Скорее всего это уже местные собираются. Сколько в городе их? Город хоть и не очень большой, но очень богатый, тут во всяком доме доспех имеется. Он и так был невесел, а тут ещё больше помрачнел.

Вот и плоды задержек и опозданий прорастают. И что теперь? Что ему теперь делать? Отводить людей? Или выяснить, сколько там на улице человек? Даже если местные сотню соберут, то ему будет очень тяжко.

– Иди, – говорит он резко, – беги к сержанту. Сразу начинайте стрелять, как их ещё увидите. И сразу мне сообщайте.

Солдат, тяжко стуча ботинками по мостовой, побежал к своей части.

И первый раз вместе с рождающимся в глубине души страхом закралась к нему мерзкая и скользкая мыслишка. «А не пойти ли, пока ещё не стало поздно, пока в тылу или во фланге его не появился отряд горожан, назад, к пристаням? Не захватить ли баржу да не отплыть ли на ней к себе?».

Нет-нет, то дело ублюдочное, трусость – суть холопская, ему, Рыцарю Господа, такое не пристало. Это от дьявола всё, это рогатый искушает. Нельзя бросать Брюнхвальда и Роху. Если придут сюда с соседней улицы отряды, у него есть резерв, почти сто человек, он перекроет улицу и будет стоять, ждать высадки фон Реддернауфа и Кленка.

А тем временем от стрельбы такой дым на улице стоял густой, что дышать было непросто.