Неудачная книга

– Вот, смотрите, – она показала фотографию черноволосой девочки с голубыми глазами, – это Виолетта. Я просто Вита называю. Она очень добрая и послушная.

– Да. Красивая у вас дочь, – подхватил Андрей.

– Так или иначе есть церковная мудрость: «дела наши осудят нас». Как вы считаете, что это значит? – спросила Елизавета.

– Я даже не понимаю, что значит недугующая в молитвах, – сказал Андрей.

– Ну, – сказала Елизавета, – недугующая – это просто ненастоящее состояние. Моя дочь эти вещи изучает.

Это транс, проявляющий безмятежность.

– Транс? – спросил Андрей.

– Транс, – ответила Елизавета.

– Но транс – это феномен сильной абстрагированности. Отчего возможет такой транс у человека в естественности жизни здесь? – удивился Андрей.

Елизавета поморщилась:

– Вы физик?

Андрей засмеялся:

– Да. Ещё химию сам изучил. Знаете, транс – это ступор познания и не более. Он проходит. Проблема с моей позиции тут в том, что безмятежность здесь причина.

– Да. Подавление мятежа. Безмятежность, – романтичным тоном сказала Елизавета с тонкой ехидицей.

– Вы верно сказали, – иронично подчеркнул Андрей, – наши дела осудят нас, потому что, когда не учитываешь мнение одного, все похожие на него пожинают часть его страданий. Это всегда так, так как укореняется игнорирование существования человека. Как потом уважать похожих людей, если того не уважил и не выслушал? Были бы они инопланетянами даже, всё равно похоже всё живое.

Просто, вероятно, проще игнорировать, чем познать то, что для тебя тоже опасно. Я так считаю, так как вообще меня давно не волнует эта иллюзия предательства. Предательство никогда не случается намеренно в бесстрашии. Предать вообще случайно можно. Вопрос в том, предательство вообще возможно ли? Вот я бы ушёл гулять один, а вы остались бы здесь. Я вас предал бы?

– Если бы не предупредили, я бы поверила, то да, – сказала Елизавета, словно царица Екатерина.

– Вот я об этом, – сказал Андрей, – люди бояться не предательства, они бояться агрессии друг друга. Бояться в себе чудовище, что уже не человек и своего может разорвать просто на куски плоти в бешенстве. Они бояться своей распущенности, слабости только из-за этого включительно в части большинства. Поэтому им всегда нужен виноватый: вспоминают жертву, жертвоприношение как лёгкую отмазку от серьёзной проблемы. Убил и легче стало.