Метро 2033: О чем молчат выжившие (сборник)

Бурят некоторое время всматривался в берег, потом скомандовал, уже не таясь:

– Вперед.

Грач, а следом и Лешка вновь налегли на весла.

Это повторилось еще трижды: на берегу вспыхивало дерево, почти тут же гасло, шелестящая туча перелетала чуть дальше и на некоторое время затаивалась.

– Отец мне рассказывал, – тихо проговорил Андрей, чуть подавшись к Лешке, – как до войны дачу строил. Двухэтажную, с широкой лестницей. И напротив каждой ступеньки светодиоды вмонтировал. Идешь – загораются. Прошел – погасли.

– Думаешь, нас кому-то подсвечивают? – хмыкнул Лешка, ощущая, как по спине пробежал неприятный холодок.

Андрей вдруг подобрался, прищурился и указал кивком:

– Пристань.

Они причалили недалеко от заброшенной спасательной станции, в густых прибрежных зарослях, затянутых туманом. Вытащили обе лодки повыше на берег и выбрались из тяжелых отсыревших кустов на заросший молодой травкой пляж, где ржавели покосившиеся грибки, турники и одинокий катамаран с пробитым, точнее прокушенным, днищем.

Бурят постоял, раздувая ноздри, окинул отряд цепким взглядом и махнул рукой: «За мной».

«Интересно, а здесь что-нибудь изменилось с ноября? – подумал Лешка, вешая на плечо СВУ. – Хацуньская аномалия вон как сдулась. Глядишь, скоро и радиосвязь к нам пробьется, и в Брянск напрямик по дороге топать станем, а то и по железке ездить. Это тебе не водные кругаля наматывать».

Вдруг шедший впереди Андрей замедлил шаг.

– Что? – шепнул Лешка.

– Да хрень какая-то, – Андрей повел плечами.

– Стоять, – бросил Бурят, вместе с Пашей осматривая ряд черных изогнутых кольев, преградивший отряду путь. – А лучше вообще отойдите.

– Будто глаз закопали, а ресницы наружу, – с тихим смешком заметил Жека, отступив к Андрею и Лешке.

Грач тронул дулом карабина одну полутораметровую «ресницу», и из-под земли взметнулись гигантские зеленые челюсти с алой пастью. Бурят отскочил, дуплетом разрядив обрез и чуть не упав, а Паша внутри схлопнувшихся челюстей глухо взвыл и умолк.

– В морду не стрелять! – Бурят отбросил дымящийся обрез и выхватил второй такой же. – В морду не стрелять!

Они всадили в мохнатый стебель десятка три пуль, а потом Жека и Андрей подскочили вплотную с самодельными мачете. Челюсти шипели, колотились о землю, но не раскрывались. Из ран на стебле толчками выплескивался густой мутно-зеленый сок с красными прожилками.