Куклак Петра Великого

Потому как не было в те дни царя Петра в Москве!

Зато случилась в ту пору близ Нагорного дворца, на берегу Яузы-реки, огненная забава. По-иному – фейерверк. Навалился шум и треск, разноцветные огни брызнули.

От шума Петруша Михайлов и проснулся. Потянулся и вышел, шатаясь, на улицу. Холодно ему вдруг стало. Запахнул он кафтан потесней, треуголку надвинул поглубже. И тут же увидел: на двух высоченных столбах укреплены две золотые короны. Как малые солнышки сияют! А меж столбами, в отсветах пламени, плавно выступает зелёный лев.

Коснулся лев одного столба. Тот – опрокинулся.

Рыча, подступил зелёный зверь к столбу другому. Царапнул его – столб покачнулся. Но тут из грозного орла, который парил в вышине, вылетела ракета. И попала прямо в львиную спину. Тогда уж настоящим огнём запылал зелёный зверь! И вдруг с диким шумом и треском разлетелся на куски.

А столб с короной, который зелёный лев расшатывал, наоборот, выровнялся. И другой столб сам собой поднялся и встал на место.

Здесь Петруша стряхнул сон окончательно.

Тут – смятение, крик:

– Балакирев приехал! Быть посмеянию и позору!

Изумился козла?м, въезжающим во дворец, Петруша. И в тот же миг услыхал, как позади него двое придворных вполголоса ёрничают:

– Прибыл во дворец дурак и глуме?ц! Честны?м людям теперь карачун и конец!

– Дурак-то он дурак. А государя учит.

Здесь выступил из-за портьеры искусно завитой князь Меньшиков и придворных приструнил:

– Наш государь и у дураков, если нужно, учится. А вы, умники, скоро сами шутами станете! Ну, а про козлов скажу так. Глядишь, нанюхается его величество козлиной вони и опять разрешит шуту не на козла?х – на лошадках въезжать во дворец.

Тогда хоть и с натугой, а сообразил Петруша: многие люди во дворце лишь огненными забавами и пустым шутовством заняты.

Опечалился он и вернулся в царскую спальню. На кровать столярную рухнул и в сон глубокий провалился.

Но перед этим – зеркало по дороге ему попалось. Сперва подумал: такого же куклачка встретил. Но, видать, недаром Комарик мозгу? свою Петруше перелил. Хоть и с трудом, а понял: собственное отражение в резной раме он видит.

Глянул куклак государев на себя внимательней и обомлел. Глаза красные, навыкате. Щёки бронзовый блеск утеряли.