Соотечественники

 – Там и так живых не осталось! Если кто уцелел – разбегутся, пока будут перезаряжаться. Нет, думаю, довольно. Сейчас, пыль осядет, и броня пойдет вперед, зачищать.

Андрей поежился, представив себе, как колеса БТР-ов давят конские и человеческие трупы.

– Старлей, а тебе не жутко? С твоей помощью сейчас отправили на тот свет несколько сотен живых душ. А раненых сколько, перекалеченных… Не турки какие-нибудь, не англичане с французами – русские!

Старший лейтенант озадачено посмотрел на Андрея.

– Что вы такое говорите, товарищ майор? Какие русские? Русские – это те, что с Фрунзе, красные то есть.

А эти – бандиты, укропы, мать их, бандеровцы!

– Не бандеровцы, а махновцы. По-твоему, красных «Градами» долбать нельзя, а этих – сколько угодно? А Махно, между прочим, украинским националистом никогда не был, это ты его с Петлюрой путаешь. У того верно, сплошь западенцы, галицийцы, сечевые стрельцы, которых австро-венгры вооружали против России. А что до бандитов – не слыхал, как махновцы в 19-м навели шороху в деникинских тылах? Белые тогда на Москву шли, корпус Мамонтова чуть ли не под Тулой объявился…

Андрей видел, что собеседник стервенеет с каждым его словом.

Он понимал, что выглядит смешно и уже жалел, что затеял этот разговор. Это вам не Серега Велесов, истинный гуманитарий с тонкой душевной организацией.

– А не пошел бы ты, майор, к бениной маме! – вызверился наконец старлей. От прежней его доброжелательности не осталось и следа. – Совсем охренели в своем ФСБ! Лекции он мне читает – петлюровцы, не петлюровцы… расскажи мне еще, что этих, мать их за ногу, селюков напрасно обидели! Да я на таких свидомых хлопцев насмотрелся в четырнадцатом, под Иловайском!

Ну конечно, с запоздалым раскаянием подумал Андрей, в экспедицию набирали людей с боевым опытом.

Донбасс, Сирия, кто постарше – вторая чеченская. У старлея приказ, а он лезет к нему с идиотской рефлексией, которая подошла бы либералу с известной московской радиостанции…

Морпех, похоже, увидел в словах Андрея совсем другой смысл:

– Слушай, Митин, а может ты проверить меня решил? Ну, так запомни и в донесении напиши, чекист хренов: старший лейтенант Астахов ваши голимые проверки на конце вертел, вместе с проверяющими! А будешь парить мне мозг – не посмотрю, что старше по званию.

Начищу рыло, а там хоть трибунал!

IV

Дорога на Севастополь

– Что это вы, граф, примолкли? – спросил юнкер Шестобросов, устраиваясь поудобнее на дощатом дне кузова.