Соотечественники

 – Броня выдвинулась к намеченному рубежу! «Второй» сообщает: «Вижу конницу, вступаю в бой». Вот, слышите?

Заглушая пулеметное «так-так-так», до них донеслось стаккато автоматических пушек. Глухо, как в подушку, ухнуло – раз, другой, третий.

– «Вены». – пояснил старлей. – Минами кроют.

Самоходки 2С31 «Вена» могли, как и их предшественницы, «Ноны», вести огонь 120-миллиметровыми минами. Они и летели сейчас на головы конников Каретника.

– Готово, тащ страшлейтнант! – подал голос прапорщик. – Птичка на месте, есть картинка!

Лейтенант схватился за рацию:

– «Первый», это «Третий».

Андрей заглянул через плечо оператора. С высоты казалось, что конные фигурки редко рассыпаны по степи, но он хорошо знал, что с земли наблюдателю на земле это видится слитной, сплошной массой конницы. Пулеметы и автоматические пушки БТР-ов уже сбили атакующий порыв: кто не попал под секущие трассы, разворачивают коней, думая только о том, чтобы убраться подальше от этого ужаса.

По флангам расходятся в стороны отчаянно пылящие повозки. Тачанки. Что ж, неглупо – прикрыть атакующих косоприцельным огнем. Только никакой атаки уже нет: конники, сбившись в кучу, отходят за гребень плато, сталкиваются со свежими, идущими на помощь эскадронами – и образуют сплошную массу людей, коней и тачанок.

Что и требовалось доказать.

Над головой завыло. Андрей инстинктивно пригнулся: разум понимал, что ракеты летят на высоте сотен метров, но жуть все равно пробирала до костей.

– Началось! – заорал оператор. – Вот, смотрите!

Видимо, ракеты прошли рядом с беспилотником – изображение дернулось из стороны в сторону, а они все летели и летели мимо хрупкого аппаратика, обдавая его клубами выхлопных газов. Андрей ждал, что земля под ногами дрогнет, и над горизонтом встанет до неба стена огня и вывороченной земли.

– Кассетные бэче. – пояснил старлей. – По сорок пять на ракету. Штатно пополам должно быть, кумулятивные и осколочные, но для нас, по спецзаказу, сделали чисто противопехотные.

Андрей понимающе кивнул: в 1854-м неоткуда взяться бронированным целям.

– А сейчас что, дадут еще залп?

– Зачем? – удивился офицер.