Странники войны

Ему не хотелось уходить отсюда. Иногда его посещала совершенно бредовая идея: отрешиться от всего бренного мира и, подобно монаху Шаолиньского монастыря, полностью посвятить остаток дней собственному совершенствованию в стенах замка Фриденталь.

– Как вы думаете, Родль, высшее руководство рейха придет в восторг, узнав, что мы с вами пытаемся превратить Фриденталь в монастырь для отставных «СС-командос»?

Родль ошарашенно уставился на Скорцени. В общем-то он привык к сумасбродным идеям «первого диверсанта рейха», тем не менее иногда ему все же приходилось на несколько секунд застывать с открытым ртом в попытке как-то понять, сосредоточиться и отреагировать так, чтобы не выглядеть недоумком.

– Оно будет счастливо. Особенно когда до ставки фюрера долетит весть, что первыми постриглись в монахи штурмбаннфюрер Скорцени и его беспутный адъютант.

– Адъютант беспутного «первого диверсанта рейха» – это вы хотите сказать? – добродушно пожурил его Скорцени, решительным шагом направляясь к душевой. – В следующий раз одним из манекенов этого зала станете вы, Родль.

В кабинет, который администрация аэродрома выделила Скорцени для встречи с десантниками, Кондаков и Меринов вошли вместе. Сбросив маскировочные плащи, которые они надели, чтобы не мозолить глаза своими советскими мундирами, агенты предстали перед штурмбаннфюрером в погонах майора и капитана Красной армии.

– Как видите, на звания мы не скупимся, – холодно прощупал их обоих взглядом Скорцени.

– Так точно. Там у них, правда, продовольственные карточки… Но черный рынок тоже работает.

– Выпускник такой элитной диверсионной школы должен уметь сам добывать себе на пропитание. Когда заходит речь о деньгах для агента, работающего и стране противника, мне становится стыдно. Есть еще какие-то просьбы? Пожелания?

Диверсанты переглянулись и как-то неуверенно пожали плечами.

– На той, первой явке, на которой будете приходить в себя после десантирования, вы найдете еще довольно значительный запас патронов, сухих пайков и денег. Если же у вас возникнут какие-то проблемы здесь, то – Скорцени взглянул на часы – до вашего отлета остается почти полтора часа. Гауптштурмфюрср, возглавляющий подготовку к операции, постарается решить их очень оперативно. Я же хочу выступить в роли пастора, – ангельски ухмыльнулся Скорцени.