Воскресший гарнизон

Иное дело, что возникал вопрос: а какого дьявола он вообще прибывает сюда, прекрасно понимая при этом, что максимум через месяц все входы в «Лагерь дождевого червя» будут блокированы частями русских?! Причем блокированы основательно.

– О появлении фюрера в «СС-Франконии» должен знать крайне узкий круг лиц, – наседал на бригаденфюрера Брандт, явственно ужесточая тон. – Если уж нельзя сделать так, чтобы о нем вообще никто не узнал.

– Осведомлен будет крайне узкий круг лиц, – убедил его фон Риттер. – Тем более что пленные и зомби – не в счет.

– В счет, в счет, – решительно не согласился с ним адъютант рейхсфюрера СС. – После допущенного всеми нами 20 июля покушения на вождя нации – все в счет! Все, решительно все!

Ухмыльнувшись, фон Риттер сокрушенно покачал головой. Сколько можно напоминать об этом идиотском, почти театральном покушении, о котором фюрер, возможно, сам давно мечтал: слишком уж он заиндевел вдали от фронтов.

– Все мы сейчас под прицелами снайперов судьбы, штандартенфюрер, – вновь хрипловато пробубнил комендант, вспомнив при этом слова Геббельса, переданные ему одним из приближенных обер-пропагандиста рейха.

Так вот, явно одобряя послепокушенческую чистку генералитета, доктор Геббельс произнес: «Наконец-то! Понадобилась бомба у Гитлера под задницей, чтобы он уловил суть всего того заговора, который непростительно давно полыхал у стен рейхсканцелярии!»[2 - Здесь слегка перефразировано высказывание главного пропагандиста рейха доктора Геббельса, который к описываемому времени удостоен был еще и должности имперского уполномоченного по ведению тотальной войны. ].

– Кстати, личная охрана фюрера будет состоять только из одного телохранителя, – не унимался тем временем адъютант рейхсфюрера СС. – Что тоже продиктовано соображениями безопасности. В Берлине должны считать, что фюрер находится в своей ставке «Вольфшанце», а в ставке должны считать, что он работает в своем кабинете в рейхсканцелярии.

Все эти меры предосторожности были понятны коменданту «СС-Франконии» и вполне объяснимы, поэтому никаких особых рассуждений и предположений у него в этой связи не возникало.

Конечно, немного удивляло, что фюрер прибывает без обычной для таких поездок свиты, состоящей из Кейтеля, Геринга, Гиммлера, Бормана, а также целой роты адъютантов, офицеров связи и личной охраны. Почему-то в былые времена на безопасности фюрера или секретности его поездок это не сказывалось.