Танцуй, детка!

Мои длинные волосы разметались по деревянному настилу шёлковыми змеями, а я вижу, как мужчина, не моргая, не в силах отвести взгляд, смотрит на мой плоский живот и на то, что сейчас скрывается под тонкими полупрозрачными подъюбниками. Перекатываюсь ближе к краю сцены, подставляя ему своё обнажённое бедро, стянутое резинкой шальвар, и чувствую, как жёсткая и хрустящая купюра, просунутая под нитку, приятно царапает кожу… Сидя на бёдрах, продолжаю танцевать свои барабаны, укутывая поклонника шалью волос и приближаясь к нему настолько близко, чтобы он смог почувствовать и увидеть малейшие капельки прозрачного пота, уже начинающие собираться у меня в ложбинке между грудей.

Делаю перекат и, повернувшись спиной, исполняю бешеную тряску ягодицами уже перед другим зрителем, на мгновение присаживаюсь на бёдра и кладу голову ему на плечо, одновременно чувствуя его большую и властную ладонь, оттягивающую бретельку лифа и засовывающую под неё стодолларовую купюру.

– Спасибо, сладкий, – шепчу я ему на ухо и резко вскакиваю на ноги, чтобы продолжить собирать дань со своей паствы на сегодня.

Ещё несколько минут, и я стою в центре сцены, словно разрываемая на части гулкими ударами, мои волосы разметались в разные стороны, как языческое пламя, тело свободно и расслаблено, как древний ветер, я слышу финальный удар барабана и замертво падаю здесь же, на пол, точно растворившись с последним затихшим звуком в зале. Несколько секунд в клубе царит звенящая пустота, пока и она не разбивается на осколки громким улюлюканьем и топотом.

– Наша прекрасная Аиша, поприветствуем ещё раз, господа! – объявляет напоследок Артур, пока я убегаю со сцены, сжимая в ладонях горсти смятых купюр, а за мной по воздуху плывёт шлейф из развевающихся юбок…

Я сижу в своей импровизированной гримёрной – в задней комнате за баром, которую переоборудовали под костюмерную. Кирпичные стены, ряд трюмо с зеркалами, со слепящими глаза галогенными лампами и простые вешалки из Ikea на колёсиках, куда мы с девочками вешаем свои костюмы.

– Алекс, у тебя твой постоянный заказчик, как обычно, уже созрел. Хочешь ещё сегодня двести зелёных?

– Опять Бошан? – вопросительно смотрю я на отражение Арчи в зеркале.

– А как же.