Венец судьбы

А потом присоединяйся ко мне, я буду у себя, – велела она служанке.

Выходя из лаборатории, она услышала, как Кади уже тихонько произносит заклинания, которые оставят это место совершенно пустым, каким оно не было уже больше ста двадцати лет. Она вдруг осознала, что не испытывает здесь больше никакой печали, и слегка улыбнулась. Встретив по пути в свои апартаменты стражника, она спросила:

– Принц Амрен еще в замке?

– Да, моя госпожа.

– Передай ему, что бабушка в своих апартаментах ждет его, – попросила Лара.

Надо отдать должное вооруженному охраннику – он учтиво поклонился.

– Сию минуту, моя госпожа, – ответил он.

Лара улыбнулась и поторопилась в свои комнаты. Внутри было пусто, так как ей служила теперь только Кади. Фея осмотрелась. Вокруг царили чистота и порядок, но веяния любви, ощущения жизни здесь больше не было. Она покачала головой. Будто прошла целая вечность с тех пор, как она покинула Теру. Воспоминания уже давно поблекли, оставив лишь легкую грусть.

Она вдруг почувствовала, что кто-то приближается, и быстро повернулась. Дверь в ее апартаменты распахнулась, и на пороге появился ее внук Амрен.

– Входи, милорд, – приветливо пригласила она. – Присаживайся. Мы должны поговорить о делах, которые напрямую касаются тебя.

Подойдя к буфету, Лара налила внуку и себе по бокалу красного вина. Она протянула бокал Амрену и села напротив него.

– О каких делах? – спросил он, взяв из ее руки бокал и кивнув в знак благодарности.

– Доминус Кадарн планирует отправить тебя в отставку и поставить на эту должность своего брата Кадока, – без лишних слов сообщила она.

– Откуда вы знаете? – Амрен был удивлен.

Тонкие темные брови Лары приподнялись.

– Вот как! Милорд, почему ты задал мне такой вопрос? Или думаешь, если тебя научили бояться меня и игнорировать мою сущность, то от этого мои волшебные силы ослабеют? Когда что-то тревожит меня, я считаю своим долгом узнать все, что мне необходимо.

– Должно быть, вы ошибаетесь, бабушка, – сказал Амрен, но голос его звучал не слишком уверенно. – Я с юности служил Тере, отдавая все силы.

– Да, Амрен, это так. И твой отец, и дед гордились бы твоей преданностью Тере.

Лара подумала, что Амрен все еще оставался привлекательным мужчиной. Сколько ему лет? Семьдесят? Да, наверное.