Нежная осада

– Когда Кевин целует меня, – начала она, но тут же поправилась: – то есть, если бы это произошло… мое сердце рвется из груди, а на душе становится так легко! Трудно описать, какое это чудо! Если бы, конечно, оно случилось на самом деле.

Фортейн лукаво усмехнулась:

– Не слишком много мне это говорит, Ройс, если, разумеется, ты сама не испытала, что это такое. Интересно, долго ли будет выжидать Уильям Деверс, прежде чем попытается меня поцеловать, и понравятся ли мне его поцелуи?

– Женщинам обычно такие вещи по душе, – обронила Ройс, надевая на хозяйку чистую сорочку.

– Ты права, моя мать обожает целоваться, – согласилась Фортейн, расправляя кружевные оборки вокруг низкого выреза и широких рукавов, закрывавших локти.

Ройс надела кремовые шелковые чулки на стройные ножки Фортейн и закрепила их подвязками с золотыми розетками. За чулками последовали шелковые нижние юбки, поверх которых полагалась еще одна, распашная, темно-зеленая, с разрезом, открывающая кремовый с золотом фрипон[1 - Нижняя юбка XVII в.

, виднеющаяся из-под верхней, называемой модест. – Здесь и далее примеч. пер.].

– Садитесь, миледи, позвольте уложить вам волосы, – предложила Ройс и, распустив буйную массу рыжих прядей, принялась расчесывать и укладывать их в простой узел, который и заколола на затылке госпожи. Единственный «локон любви», свисавший над левым ухом, был перевязан золотой лентой, усыпанной жемчужинами. Отступив, девушка удовлетворенно оглядела творение рук своих и помогла Фортейн надеть жесткий темно-зеленый корсаж с квадратным вырезом, из которого выглядывали кружева сорочки.

Рукава корсажа тоже спускались ниже локтей, как и у сорочки, кружевная отделка которой оставалась видна. Туалет был простым, но явно дорогим.

– Вы так милы! – восхитилась Ройс, ничуть не преувеличивая. – Принести вам шкатулку с драгоценностями, миледи?

Фортейн кивнула и, когда горничная подняла крышку ларца, выбрала длинную нить кремовых жемчужин. Огромные капли легли на шею, оттеняя белоснежную кожу и темный шелк.

Фортейн застегнула на левом запястье браслет из двойной жемчужной нити. На правой руке сверкала золотая цепочка, украшенная изумрудами. Перебрав кольца, Фортейн отложила огромную барочную жемчужину, круглый изумруд и простой золотой перстень-печатку с гербом Линдли: два лебедя с перевитыми шеями, образующими сердце.

– Ну вот, – усмехнулась она, – достаточно внушительно для первой встречи.

– Ну и проказница же вы, миледи! – хихикнула Ройс, унося шкатулку.