Любовь на все времена

Потом неожиданно Леттис сказала:

– Боже, я буду скучать по тебе, похотливый ублюдок! Дадли воображает себя великим любовником. Но, Конн, он не может и половины этого! – Она хрипло засмеялась ему в лицо, и, не сдержавшись, Конн и сам засмеялся.

– Какая же ты страстная сука, Леттис, – выдохнул он. – Слава Богу, что королева – Елизавета Тюдор, а не ты!

Скатившись с нее, он встал с кровати и, подойдя к буфету, налил себе и ей по кубку темного, сладкого красного вина. Затем вернулся к кровати и протянул ей один из кубков.

– На какое время назначена церемония? – требовательно спросил он.

– Перед рассветом, в моей семейной часовне.

Он снова засмеялся.

– Ты из моей кровати отправляешься на бракосочетание с другим мужчиной? Есть ли у тебя совесть, женщина?

– Конечно, есть, – негодующе сказала она, – но Роберта не касается, что я делаю до моего брака с ним.

– Надеюсь, у тебя есть надежные свидетели, – заметил он. – Не забывай, что Дуглас Шеффилд утверждала, что Дадли был женат на ней, тем не менее священника, венчавшего их, не смогли отыскать, когда она пыталась узаконить своего первого ребенка.

– Мой отец, граф Варвик, граф Линкольн и лорд Порт будут свидетелями на брачной церемонии, которую будет отправлять семейный капеллан, – хитро улыбнулась Леттис Кноллиз. – Они все поклялись сохранить это в тайне. Так что можно не сомневаться в истинности моего свидетельства о браке и в том, что мои дети будут законными.

– Я недооценил твою решимость, душечка, – ответил он.

– А я решительно намерена, дорогой, любить тебя этой ночью по крайней мере полдюжины раз, – призывно пробормотала она, ставя кубок на столик и откидываясь на подушки.

– Ах, Леттис, любимая, ты всегда отличалась необыкновенной жадностью к приятным вещам, которые дарит нам жизнь, не так ли? Я не уверен, что на этот раз у нас достаточно времени. Меня печалит, что приходится разочаровывать даму.

Его палец дразняще обвел один из ее сосков.

– Только миновала полночь, – сказала она, – а я могу пробыть до пяти.

Он хрипло хохотнул.

– Леттис, я могу попытаться. Меня глубоко огорчит, если я разочарую такого достойного противника.

И он отдался ее жадным губам.

Одна минута сменяла другую, проходила ночь. Конн даже не помнил, когда уснул, но, внезапно проснувшись, обнаружил, что лежит один. Место, где она лежала, было еще слегка теплым, значит, Леттис ушла недавно.