Колдунья моя

Ведь она будет нам дочерью, а ему – сестрой. – Он обнял сына за плечи одной рукой. – Я не пытаюсь заменить ею Эдит, Брэнд, но ты знаешь, что Эдит покинула нас навсегда. Мы потеряли ее, а Мэйрин точно так же потеряла своих родителей. У каждого из нас теперь в жизни появилась пустота. Господь часто действует так, как не дано понять смертному человеку. Взгляни на свою мать, сынок. Впервые за много месяцев она улыбнулась. Я долго молился Пресвятой Деве Марии, чтобы Ида утешилась в своем горе. И теперь вижу, что мои молитвы не остались без ответа.

Брэнд перевел взгляд на мать и понял, что отец говорит правду. Мальчик смущенно опустил глаза, а Олдвин продолжал:

– А теперь, сынок, поздоровайся со своей названой сестрой и приветствуй ее в нашем доме. Попытайся говорить по-нормандски: она еще не понимает нашего языка.

Брэнд обернулся к девочке, которая все еще смотрела на него исподлобья. Ее чудные волосы рассыпались по плечам и сияли, как огонь. В душе Брэнду понравилось, что она так отважно пошла против него.

Хотя она не поняла его слов, но по голосу и поведению догадалась, что он настроен недружелюбно. Брэнд понимал, что такое храбрость, и восхищался ею. Разглядывая Мэйрин, он не мог не заметить, что она красивее Эдит. Признаться честно, он готов был допустить, что эта девочка – настоящая красавица. Затем Брэнд подумал: «Неужели она одна из тех чистюль, что вечно боятся запачкаться, и терпеть не может веселых игр. А может быть, она все-таки любит ездить верхом и охотиться с соколами?» Перехватив поощрительный взгляд отца, он сделал шаг вперед.

– Меня зовут Брэнд, – произнес он, с трудом выговаривая слова нормандского языка, который заставлял его учить отец. – Ты действительно можешь превратить меня в жабу?

Глаза Мэйрин просветлели, гнев ее растаял. Она не поняла ни слова из беседы между Брэндом и его родителями, но почувствовала, что Олдвин каким-то образом придал ей авторитет в глазах мальчика. На губах ее заиграла полуулыбка.

– Возможно, – уклончиво ответила она, понимая, что сомнение станет более мощным оружием, чем определенность.

Брэнд не знал, верить ей или нет, но отец был прав: рисковать не стоит.

– Отец говорит, что ты будешь моей новой сестрой. Мэйрин – хорошее имя. Оно нормандское?

– Я не нормандка, а бретонка. А имя у меня кельтское. Моя мать была ирландской принцессой. – Темно-синие глаза Мэйрин задумчиво разглядывали мальчика. – У меня прежде никогда не было брата.