Колдунья моя

 – Я собиралась отдать их жене моего брата для их дочки, но теперь… – Голос ее сорвался, и, не говоря больше ни слова, она принялась одевать Мэйрин.

Сначала она надела ей через голову светло-желтую шелковую нижнюю, затем – шерстяную верхнюю тунику медного цвета, доходившую девочке до голеней; край нижней туники виднелся из-под верхней. У верхней туники были широкие длинные рукава с черной вышивкой у запястий; круглый ворот ее был также украшен скромной вышивкой. Снова порывшись в сундуке, Ида достала туфли из мягкой кожи, легко принимающие форму ступни.

Хотя они в свое время были сшиты для Эдит, Мэйрин они оказались впору. Затем Ида подпоясала девочку узким кожаным поясом с бронзово-зеленой пряжкой. И, наконец, повязала ей вокруг лба узкую зеленую ленту.

Внезапно в гостиную вошел мальчик, одетый в сине-зеленую тунику и такие же чулки, с темно-рыжими волосами, как у Иды. Он обвел надменным взглядом Иду и Мэйрин, а потом высокомерно спросил:

– Где эта девчонка, которую отец хочет сделать моей новой сестрой? – Голубые глаза, в которых сверкала враждебность, задержались на Мэйрин.

 – Это она? Я не хочу ее! Она не заменит Эдит… и потом, у нее волосы совершенно ужасного цвета!

Мэйрин, словно котенок при встрече с драчливым щенком, прищурила глаза и свирепо прошипела:

– Не подходи ко мне, грубиян, иначе я превращу тебя в жабу!

Олдвин подоспел как раз вовремя, чтобы услышать весь разговор, от души расхохотался, но внезапно посерьезнел и предупредил сына:

– Берегись, Брэнд! Мэйрин сказала, что превратит тебя в жабу, если ты не будешь относиться к ней по-доброму.

И украдкой подмигнул Иде.

– Ха! – презрительно воскликнул Брэнд. – Она не сумеет! – Он снова взглянул на девочку, и ответный взгляд ее был таким свирепым, что Брэнд невольно усомнился в своей правоте и спросил Олдвина: – Правда ведь, не сумеет? Да, отец?

– Не знаю, сынок, но я бы на твоем месте не рисковал. Вполне возможно, что Мэйрин действительно знает, как превратить тебя в жабу. Она из кельтского народа, из Бретани, а все кельты – колдуны.

Да, – подытожил он, – скорее всего она действительно может превратить тебя в жабу, но поскольку она еще очень молода, то вряд ли сумеет вернуть тебе прежний облик.

Брэнд побледнел и придвинулся ближе к отцу.

Ида тихо засмеялась и ласково упрекнула мужа:

– Как не стыдно, милорд! Зачем ты дразнишь Брэнда?

– Я вовсе не дразню его, Ида, – серьезно возразил тот. – На месте Брэнда я бы обращался с Мэйрин любезно.