Суженая для дракона

Информации ноль, вокруг одни надменные сволочи, своих сил не знаем, куда подевались наши вещи – тоже. И вот как в такой обстановке что-либо предпринять?!

– Как там папа говорил? «Едва мы трое окажемся у него дома, как вещи почувствуют своих хозяек и переместятся следом за ними». Вещи, ау! Вы там где? – дурачась, позвала Светка.

В следующую секунду на полу возле котиков возникли три объемных сумки, в которые Вика со Светкой складывали свои вещи.

Сестры ошарашенно переглянулись.

– Магия, говоришь? – пробормотала изумленно Вика.

– То нам надо тщательно следить за каждым словом, если не хотим вызвать здесь армагеддец, – закончила за нее Светка.

Вика кивнула. Да уж. Магия… Чтоб ее…

Глава 7

Эдуард отчаянно резался в кости с начальником охраны и шеф-поваром. Оба приятеля, видя, каким хмурым взглядом раз за разом окидывал Эдуард и доску, и кости, и их самих, благоразумно помалкивали, хотя в их глазах читались закономерные вопросы: «Какого хрена якобы счастливый молодожен делает здесь, в будке охраны? Почему он сейчас не рядом со своей молодой супругой?».

Те же самые вопросы Эдуард видел и в глазах слуг, то и дело приносивших и уносивших бутылки и закуску.

– Нет, я так больше не могу, – проворчал Артуа, шеф-повар, высокий, крепко сбитый шатен с руками объемом с лошадиные ляжки. – Эдуард, совесть у тебя есть? Пятый выигрыш подряд. Пятый! Рограш шоргргнр рапшаррах! Ни у меня, ни у Ричарда нет ни малейшего шанса отыграться.

– И при чем тут я, если вы оба играть не умеете? – удивленно вскинул брови уже изрядно подвыпивший Эдуард, уверенно пододвигая к себе очередную довольно-таки высокую стопку золотых монет.

– Ты мухлюешь, – фыркнул Ричард, плотный широкоплечий брюнет, одетый в солдатскую форму темно-зеленого цвета.

– В кости? – ухмыльнулся Эдуард. – Докажи, и последний выигрыш твой.

В ответ – отборные тролльи ругательства, в которых Ричард знал толк. Все же пятилетняя служба на границе с троллями давала о себе знать.

– Ну что, еще по рюмахе? – Артуа протянул руку к большой пузатой бутылке крепкого гномьего самогона, стоявшей рядом с доской для костей, уверенным жестом разлил мутноватые остатки, плескавшиеся на дне, по трем пустым хрустальным рюмкам, плотоядно облизнулся – Хороши в этот раз получились колбаски.

С этим заключением Эдуард не спорил. Действительно, закуска вышла на славу. Как раз под самогон. Так и таяла на языке.