Девочка из города

 – Разве он сумеет из соски? Разве он ребёночек?

– А кто же он? – улыбнулась мать. – Конечно, ребёночек… Овечий только.

Ягнёнок сначала не взял соску, выплюнул. Но когда капелька молока попала ему на язык, он почмокал и принялся сосать.

– Дай-ка я! – попросила Валентинка. – Дай, пожалуйста!

Мать дала ей бутылку.

– Гляди-ка, пьёт! – обрадовалась Валентинка. – Пьёт из соски! Ой, до чего милая мордочка! До чего милые глупые глазочки!..

Валентинка обняла ягнёнка и поцеловала его в белый круглый лоб.

– Может, и приживётся, – пробормотал дед, кряхтя и укладываясь спать. – Наши-то вон к скотине не больно ласковы, а эта – ишь…

– Не сглазь! – тихо ответила мать.

Валентинка не слышала этих слов. А если б и слышала, то не обратила бы внимания, так она была рада ягнятам. Ведь она таких барашков видела раньше только на картинках!

Валентинка заводит в овчарнике нерушимую дружбу

Ягнята так и остались жить в избе.

С ягнятами в избе стало очень весело. Несколько раз в день к ним приходила овца, кормила их. Белогрудому всегда доставалось меньше всех. Но для него бывала приготовлена бутылка с тёплым молоком, и Валентинка поджидала его.

И к молоку, и к Валентинке ягнёнок привык очень скоро. Ей уже не приходилось совать ему соску в рот – он сам хватал её, чмокал и подталкивал, как подталкивают ягнята вымя, когда молоко задерживается.

После кормёжки ягнята начинали играть. Они бегали взапуски взад и вперёд – из кухни в горницу, из горницы в кухню. Маленькие твёрдые копытца мелко стучали по полу, будто горох сыпался. Ягнята подпрыгивали, подскакивали, налетали друг на друга, бодались безрогими лбами и снова мчались гурьбой от печки в горницу и из горницы к печке.

– Будет вам! – кричала на них мать.

Романку не терпелось – ему непременно хотелось схватить какого-нибудь ягнёнка на руки. Ягнята не давались, он бегал за ними, падал, они прыгали через него, девочки смеялись, и такой шум поднимался в избе, такой базар!..

Валентинка не могла нарадоваться на ягняток. Особенно на своего, на белогрудого. Он её знал, и Валентинка этим очень гордилась. Если б можно было, она бы не расставалась с ним.