Грани наших желаний

Весь вид говорил, что опыта конфликтов у них еще не было. Словно выполняя команду «замри!», они не шевелились и лишь молча наблюдали, как Глеб пятится к выходу, удерживая свой боевой трофей. У двери он шепнул Мэтью на ухо, что у того есть три дня, чтобы вернуть деньги, что шутить с русскими нельзя, и поспешно выбежал на улицу.

Совсем уходить, однако, не стал: жизнь научила его не терять контроль над ситуацией и, найдя укромное место метрах в семидесяти от дома, Глеб стал наблюдать.

Как он и предположил, толпа друзей Мэтью, выбежав наружу и оглядевшись по сторонам, бросилась по автомобилям и куда-то укатила.

Он стоял и чего-то ждал… Может, приедет полиция, может, вернутся друзья, а может, из дома выйдет и сам Мэтью. Идея снова проникнуть в дом и поискать алмаз уже плотно сидела в голове. Ему нужен был шанс.

Человеку часто что-то даётся свыше – нужно только увидеть это и наклониться, чтобы взять. В его случае и наклоняться не пришлось – нужно было просто выйти из укрытия и спокойно, не пугая девушку, которая подъехала к дому Мэтью на «БМВ Х5», идти по улице, словно праздный прохожий.

Он видел, как та не спеша вышла из машины, закрыла её, оглянулась, – видимо, чтобы ещё раз полюбоваться автомобилем, скользнула безразличным взглядом по приближающемуся Глебу и, поднявшись на крыльцо, нажала на звонок. Он прибавил шагу; девушка стояла к нему спиной, дверь не открывалась замечательно долго.

Женщины, девушки всегда оставляли в его работе осадок сожаления и даже извинения за временные неудобства, которые испытывали, попадаясь на его пути.

Замок начал вращаться, поддаваясь чьим-то неумелым рукам. Глеб приготовился и в момент появления маленькой щелки нанёс удар ногой в дверь, вкладывая в него все свои сто десять килограммов.

Уже на волне удара он втянул девушку внутрь дома, закрыл дверь и, наклонившись над сбитым с ног одним из дружков Мэтью, стал всматриваться в гримасы и хаотичные движения тела на полу.

Потом они, как два кролика перед удавом, сами протянули руки для пластиковых наручников и, пока Глеб надевал их, третий кролик, Мэтью, услышал шум в прихожей и словно корабль в гавань, сам приплыл в его руки.