Стрекот цикад

Наткнувшись на картину под названием «Цикада на осенних цветках лапины», удивился странному совпадению: именно эту картину Ци Байши он видел пару часов назад в интернете, когда читал про цикад. Просто фантастика! Видно, не зря он провел сегодняшнее утро за чтением про этих замечательных насекомых. Он решил приобрести альбом, и уже открыл рот, чтобы поинтересоваться его стоимостью, как вдруг его тронули за плечо. От неожиданности он вздрогнул и обернулся. Рядом с ним стояла женщина лет тридцати. Чуть выше среднего роста, прямые темные распущенные волосы, густые и сияющие – такие изображают в рекламных роликах высококачественных шампуней; на губах яркая помада, на ногтях темно-красный лак в тон.

– Могу я тоже взглянуть? – спросила она, указывая на альбом.

– Конечно, пожалуйста, прошу вас… – он протянул ей альбом, не в силах отвести взгляд от лица. Чуть вздернутый точеный нос, четко очерченные губы, явно не накачанные, а свои, и высокие скулы каким-то непостижимым образом складывались в удивительно гармоничный и законченный облик.

Господи, да что со мной творится? Подумал он, с трудом переводя дыхание. Женщина как женщина, обычная, современная, довольно хороша собой. «Обычная?! – тут же возмутился внутренний голос. – Да ты просто законченный кретин! Необычная, совершенно необычная.

– Впервые вижу в продаже репродукции Ци Байши, – сказала она, почти с нежностью принимая альбом из его рук. – Обожаю его работы. Особенно вот эту – «Цикада на осенних цветках лапины», – она осторожно перевернула несколько страниц, – и эту тоже – «Домашний сверчок и домик сверчка из тыквы». Разве не прелесть? В них есть нечто неуловимо утонченное, восточное, – чего нам, европейцам, пожалуй, никогда не постичь.

– Вы же как-то постигли, – с легкой иронией произнес он.

Она не обратила внимания на его иронию и продолжила:

– Слово «постичь» какое-то неправильное, не к месту здесь. По-моему, такие картины воспринимаются на уровне интуиции – чувственно, что ли.

– Может, эмоционально? – подсказал он.

– Верно – эмоционально. Когда я была в Греции, мне запомнилась символизирующая музыку эмблема: сидящая на арфе цикада. Потом я прочла легенду, откуда это изображение возникло.