Я из команды №12

Рик какое-то время смотрел в его глаза, а потом взял листочек. – Все, ребят, уходим. Риколус, рад был снова с тобой поболтать. Малявка, – это он обратился ко мне, – еще увидимся.

Рик смотрел ему вслед, пока он со своей бандой не скрылся за дверью. На мгновение в коридор ворвался шум дождя и на нас дохнуло холодным ветром, а потом дверь с громким хлопком затворилась. Это привело меня в чувство.

– Вы знакомы? – спросила я.

– Да, – нехотя ответил Рик, сжимая в кулаке записку. – Черт подери, какого фенька я взял эту дурацкую бумажку… наверняка этот жмырь написал какую-нибудь ересь…

– Кто это был? – поинтересовалась Лиза.

– Охотники за сокровищами, – ответила я, потому что Рик, кажется, ничего говорить не собирался. Лиза тихонько охнула и уставилась на кулак Рика, в котором он продолжал мять записку:

– Зачем ему Оливер?

Я пожала плечами, сама не зная, что обо всем этом думать.

– Рик! – Лиза помахала ладонью перед его глазами.

– Что? – бесцветным голосом спросил Рик.

– Записка!

– А… да, – он прекратил терзать бумажку, разгладил ее на коленке и быстро пробежал глазами. Его лицо опасно побледнело, и он стал похож на приведение.

Лиза осторожно разжала его пальцы, отобрала записку, и мы обе склонились над клочком бумаги. Я ожидала увидеть нечто такое, из-за чего не усну всю ночь, а если мне все-таки удастся, то приснится кошмар. Но ничего подобного в записке не было. По правде говоря, я вообще ничего не поняла.

На листке красовалось одно-единственное слово, и ни я, ни Лиза не поняли его значения.

«ЯТН». Вот что там было написано.

***

Как всегда, Оливер постарался сделать лицо непроницаемым, но на этот раз мы увидели, что наш лидер расстроен. И немного зол.

Он вернулся только к ужину и стащил с себя промокшую куртку. На наши вопросительные взгляды ответил:

– Ласа и команду отстраняют от должности защитников. Генри всех задавил своим обаянием, кое-где напомнил, что у него самая опасная территория и нафантазировал кучу небылиц про своих соседей.

Ужинали молча, и каждый думал о своем. Рик хмурился, Лиза ковырялась вилкой в тарелке, да и у меня кусок в горло не лез. Один Оливер наворачивал за четверых – видимо, суд высосал из него всю жизненную силу.