Бедовый 6. Тайные поручения

Бедовый 6. Тайные поручения

Дмитрий Билик

Глава 1

– И вообще, процессы распития водочки в Выборге и Петербурге совершенно разные по своей сути. Когда ты смотришь из окна пятиэтажки на полуразрушенный Выборг, то ни о какой возвышенности речь не идет. Многие могут ошибиться, сравнив твою деятельность с алкоголизмом. Обижаться на это ты не имеешь никакого права.

Бес чокнулся с чертом, и они выпили. Причем, по-разному. Митя залпом, торопившись закусить. Тогда как Гриша не спешил опрокинуть в себя беленькую.

– Но вот взять сейчас нас с тобой здесь. Два молодых и полных сил мужчины, перед нами расстилается Мойка, за ней Новая Голландия, неподалеку шелестит листва Алексеевского сада. Пройдешь немного и начинается череда дворцов – Бобринский, Павловский, Михайловский. И опять же, сами мы находимся не в доме типовой постройки, а, на минуточку, в этом… Хозяин, как там?..

– В доходном доме Шретера.

– Доходном доме Шретера, – повторил бес, важно подняв палец над головой.

Я мог поклясться, что он понятия не имеет, что это за русский архитектор с немецкой фамилией. Мне самому-то, к своему стыду, пришлось гуглить. Однако на Митю пафос Гриши работал как надо. С самого вселения черт глядел в рот бесу и ловил каждое слово нечисти.

– И та самая водочка, которая бы вроде ничего особенного, здесь напитывается всей этой атмосферой и приобретает другой вкус. А если, к примеру, взять хотя бы вот этот бородинский хлеб, да самый рядовой форшмак, то это уже не обычная посиделка – симфония!

В подтверждении своих слов Гриша намазал запеканку из селедки на кусок черного хлеба и принялся с таким наслаждением жевать, что даже у меня рот наполнился слюной.

Вот ведь, словно и не дрались они недавно, чтобы оказаться здесь. Будто не пихались по пути в Питер, находясь в небольшом пространственном артефакте. Удивительно отходчивая у меня нечисть.

К слову, приняли нас так хорошо, будто каких-то особ королевской крови – верхний этаж дома с видом на Мойку, забитый едой и выпивкой холодильник, да вдобавок ведун у самого входа.

Вроде вон как о тебе заботятся, опекают, а на душе было неспокойно.