По дороге к манговому дереву

Чуть не забыл: 19-й – мой. Не дожидаясь разрешения, он виртуозно, на повороте извлекает из сумки телефон и направляет его на трёх человек, сидящих рядом. Потом на тех, кто стоит, придерживаясь за поручни, затем ещё в конец автобуса – там ещё человек пять.

– Дома покажу, какие у вас тут бывают, – его глаза – щёлочки наполняются удовольствием охотника, поймавшего крупную дичь.

Автобус прибавляет скорость, кое-где ещё вспыхивают экраны телефонов.

Нам ехать три остановки.

Если бы в родное селение, где живут эти ребята, зашёл белый человек, реакция местных жителей была бы такой же, это без сомнения! Я тут же озвучиваю им свою догадку.

Наклонившись ко мне, упитанный молодой человек в спортивной шапке с самым светлым оттенком кожи (Ибрагим, кажется), поясняет: они из Конакри. Это столица. Там никто не удивляется ни белым, ни азиатам. В столице много людей всех национальностей. Есть туристы. Нет, здесь никого нет из села. Нет, когда они впервые увидели белых, то не удивились, а восприняли это абсолютно нормально.

Шах и мат. Любопытных взглядов пассажиров становится всё больше.

Девочки уселись друг напротив друга. Они рассматривают монетку в 50 копеек на вытянутой ладошке. Одна из них натягивает капюшон. Другая делает также. Шапок нет. На улице лёд, пронизывающий ноябрьский ветер. Уже есть снег. И он, судя по всему, не собирается таять.

Надо мной держатся за поручни Ибрагим (светлый, карамельный оттенок кожи), Амаду (фиолетовые губы – больное сердце? Как оказалось – да) и Мамаду. Мамаду поправляет шапку, но та упорно лезет наверх – из-за жестких курчавых волос.

В его лице – что-то располагающее к себе: может, большие глаза? На руке – сложно сплетённый кожаный браслет с какими-то металлическими вставками – подарок младшей сестры. Она идёт в третий класс: Мамаду показывает мне её фотографию, но из-за резкого поворота автобуса убирает телефон, чтобы сохранить равновесие.

Вон тот – ближе к окошку – Гадири Диалло. Похож на амура, искусно отлитого из чугуна: округлые щёчки, на которых даже – о чудо! проступает еле заметный алый румянец.

Кукольное личико – в обрамлении живописных чёрных кудрей.

У половины группы фамилия Диалло. У второй половины в имени, которое, как правило, состоит из двух-трёх слов, есть слово «Мамаду».

***

Вечер. Мы сидим в общежитии с гвинейцами и едим суп. По двое – из одной тарелки: у них так принято. Напротив меня – Мамаду. Слева –Гадири Диалло. Рядом с Мамаду – Ибрагим. Мы зачерпываем ложками куриный суп с рисом.