Горящая земля

 – Когда мой отец умрет, что станется с Уэссексом?

– Им будет править Эдуард.

– Которому нужен ты.

Я пожал плечами.

– Пока ты жив, господин Утред, – продолжала Этельфлэд, – датчане задумаются, прежде чем на нас напасть.

– Харальд не задумался.

– Потому что он – дурак, – пренебрежительно бросила Этельфлэд. – И завтра ты его убьешь.

– Может быть, – осторожно ответил я.

Звук голосов заставил Этельфлэд повернуться, она увидела выходящих из церкви людей.

– Мой муж, – проговорила она – эти два слова были пропитаны ненавистью, – отправил послание господину Алдхельму.

– Алдхельм возглавляет войско мерсийцев?

Этельфлэд кивнула.

Я знал Алдхельма. Он был любимчиком моего кузена и человеком непомерных амбиций, коварным и умным.

– Надеюсь, твой муж приказал Алдхельму отправиться к Феарнхэмму.

– Так он и поступил.

Потом понизила голос и заговорила быстрей:

– Но еще он послал Алдхельму распоряжение отступить на север, если враг будет слишком силен.

Я подозревал, что это случится.

– Итак, Алдхельм должен сохранить мерсийскую армию?

– А как еще мой муж сможет захватить Уэссекс, когда мой отец умрет? – спросила Этельфлэд шелковым невинным голосом.

Я покосился на нее сверху вниз, но она глядела только на огни Годелмингама.

– Алдхельм будет сражаться? – спросил я.

– Нет, если это ослабит мерсийскую армию, – ответила она.

– Значит, завтра мне придется убедить Алдхельма выполнить свой долг.

– Но у тебя нет над ним власти, – сказала Этельфлэд.

Я похлопал по рукояти Вздоха Змея:

– У меня есть это.

– И у него пять сотен воинов, – продолжала Этельфлэд. – Но есть тот, кого он послушается.

– Ты?

– Поэтому завтра я поеду с тобой.

– Муж тебе запретит.

– Конечно запретит, – спокойно произнесла она, – но мой муж ничего не узнает. И ты окажешь мне услугу, господин Утред.

– Я всегда к твоим услугам, – ответил я преувеличенно беззаботно.

– Правда?

Она повернулась, чтобы посмотреть мне в глаза.

Я глянул на ее печальное милое лицо и понял, что просьба ее будет серьезной.

– Да, моя госпожа, – ласково сказал я.

– Тогда завтра, – горько проговорила она, – убей их всех. Убей всех датчан. Сделай это для меня, господин Утред.

Она прикоснулась к моей руке кончиками пальцев.

– Убей их всех.

Она любила датчанина и потеряла его в битве и теперь желала убить их всех.

* * *

У корней Иггдрасиля, древа жизни, сидят три пряхи.