Горящая земля

– Мы убьем ублюдка, – ответил я.

И, как слабую тень в пасмурный день, я ощутил проклятие Скади.

* * *

Той ночью я наблюдал за заревом костров Харальда, не за ближайшими в Годелмингаме, хотя они были довольно яркими, а за слабым отсветом более отдаленных огней. И заметил, что теперь бо?льшая часть неба стала темной. Последние несколько ночей огни были рассыпаны по всему Уэссексу, но теперь они стали ближе, значит люди Харальда собирались в одной точке.

Без сомнения, он надеялся, что Альфред останется в Эскенгаме, поэтому собирал свое войско не для того, чтобы взять нас в осаду, но, вероятно, для того, чтобы совершить внезапную стремительную атаку на столицу Альфреда, Винтанкестер.

Несколько датчан пересекли реку и объехали вокруг стен Эскенгама, но большинство оставались на дальнем берегу. Они делали то, чего я хотел, однако в ту ночь на сердце у меня было тяжело, хоть я и притворялся уверенным.

– Завтра, господин, – сказал я Эдуарду, сыну Альфреда, – враг пересечет реку. Они будут преследовать меня, а ты позволишь им проехать мимо бурга, выждешь один час, а потом последуешь за ними.

– Понимаю, – нервно ответил он.

– Следуй за ними, но не вступай в бой до тех пор, пока не доберешься до Феарнхэмма.

Стеапа, стоявший рядом с Эдуардом, нахмурился.

– А если они кинутся на нас?

– Не кинутся, – ответил я. – Просто выжди до тех пор, пока их войско не проскачет мимо, а после следуй за ними до самого Феарнхэмма.

Это казалось несложным заданием, но я сомневался, что все получится так легко.

Большинство врагов пересекут реку одним рывком, полные нетерпения, в погоне за мной, но отставшие будут следовать за ними весь день. Эдуарду придется оценить, когда самая бо?льшая часть армии Харальда окажется в часе пути впереди него, и тогда, не обращая внимания на отставших, преследовать Харальда до Феарнхэмма. Трудное решение, но советчиком Эдуарда станет Стеапа. Может, Стеапа и не слишком умен, зато обладал инстинктом убийцы, и этому инстинкту я доверял.

– У Феарнхэмма, – начал Эдуард, потом заколебался.

Показавшийся между облаками месяц озарил его бледное встревоженное лицо. Эдуард походил на отца, но в нем сквозила нерешительность, что было неудивительно. Ему исполнилось всего семнадцать лет, однако на него взвалили обязанности взрослого мужчины. С ним будет Стеапа, но, если Эдуард собирается стать королем, ему придется научиться нелегкому делу – принимать решения самому.

– У Феарнхэмма все будет просто, – небрежно бросил я.