О Русь…. Книга тридцать восьмая

Сыплются дни словно горсть песка,

Утяжеляя бремя,

Зависла над площадями тоска

В тяжкое «смутное» время.

Звезды на башнях тускло горят

В небе бесцветно светлом.

Красный гранит и черный наряд

Светят огнем и пеплом.

Утро перед Пасхой

Какая тишь пред Воскресением Божьим,

Берёзки в листьях прячут белый ствол,

И только чуть рассеянный прохожий

В такую рань резон бродить нашёл.

Промыло ранней влагой все тропинки,

Дождями окроплён пушистый лес,

У речки две озябшие рябинки

Хоронятся под ивовый навес.

Пока ещё переживают стужи

И холодов суровый приговор,

Но с каждой Пасхой воскресают дружно,

Выбрасывая лиственный узор.

Они слегка застыли в дрёме сонной,

Так неказист, застенчив их наряд,

Но на ветвях, зимою оголённых,

Надеждой красной бусинки горят.

В промозглых днях, готовясь к Воскресению,

Тепла рябины терпеливо ждут,

Вновь оживают Божия творенья

И птицы дружно ягоды клюют.

Церковь в островах

Застыло, слепя, златокружие,

В прозрачной небесной глуши,

На взгорье, что в дымке жемчужной,

Нет звуков, мир замер в тиши.

Лишь вьётся река, обнажая

Песчаных откосов желтки,

Игривой волною кусает,

Скрутив завихренья в мотки.

Свеча колокольни в сторонке –

Возвышенный светлый обет,

И стройной мелодией тонкой

Под солнцем дрожит силуэт.

Кокошников лёгкое кружево,

В сиянье злачёном глава,

Веками Грядущего Суженного

Ждёт церковь, грустя, в Островах.

Коль веры здесь теплится пламя,

В сей край Возрожденье придёт,

Вновь в мае с пасхальными днями

Душа ожиданьем живёт.

Вечер на Москве-реке

Тишина, серебряною рыбой

Затаилась в заводях река,

Рябь волны, мерцающей в изгибах,

Ловит синей сетью облака.

Берегами разбрелись строенья,

Ночь скользит лисицей сквозь поля,

И из тьмы кустов доносит пенье

Ветерок шального соловья.

Звонко загибает он коленца,

Ведь недаром мастером слывёт,

Будто в подвенечном полотенце

Свой узор замысловато шьёт.

Фонари светящейся цепочкой

В отраженье кружат, словно хмель,

Красный бакен вспыхивает точкой

Там, где остров в темень спрятал мель.

В ночь сверчки свою стрекочут требу,

Не спугнуть заката благодать,

И вздымает берег леса гребень,

Чтобы к утру небо расчесать.