О Русь…. Книга тридцать восьмая

Всё в преддверье великих чудес,

Словно замерло – что впереди?

Задремал, призадумался лес,

Смолкла Раменка, Сетунь чудит.

В ожиданье слегка замереть,

Скоро явится чудо само,

Слава Господу, будем терпеть,

Коль в терпенье спасенье дано.

Завистникам России

На лакомый кусок России

Раскрыли пасти волки Запада,

Так им неймётся в дни лихие,

Так манит память крови запаха.

О тех, кто войн сожжён пожаром,

Не вспомнят, чувствами мол тоньше мы,

Вот получить бы всё задаром,

Да прихватить ещё побольше бы.

Карманы вывернут пошире,

Чтоб недра выгрести все дочиста,

Своим законом править в мире,

Присвоить все земные почести.

Россия встанет, размахнётся,

Тряхнёт своей дремавшей силою,

И тех, кому давно неймётся,

Враз вразумит, коль Бог помилует.

В этот день

В тот день июньский все поля цвели,

А стороною шли дожди косые,

Но ранним утром недруги земли

Топтали пыль дорогами России.

Не зналось нам, что долгим будет ад,

И боль не скоро время только снимет,

Мы благодарны будем во сто крат

Тем, кто на грудь удар тот первый принял.

В прорывы шли штрафной за взводом взвод,

И зубы зло металлом скрежетали,

И сколько раз мы двигались вперёд,

И сколько раз безмолвно отступали.

Потерь нелепость, «смерша» злой укор,

На зло чертям, как черти воевали,

Мы шли вперёд, судьбе наперекор,

И падали, и мёртвые вставали.

А день победы – это день святой,

Кто воевал и кто на фронте не был,

За стол мы сядем всей страной большой,

Смахнём слезу и выпьем за победу.

Наши речки

Подмосковные речки,

Спокойствие мерных течений,

Родились вы ключами,

Но вскоре застыли от лени,

Словно вы погрузились

В волшебную старую сказку,

Берега застилая

Зелёной узорною ряской.

И названия ваши

Поди, так легко угадай-ка:

Воря, Раменка, Нара

И Яуза, Сетунь, Рожайка,

С этой чёткостью слогов,

И звучностью сочной и грубой,

Это след домонголов,

Стрибога, Даждьбога, Перуна.

Это детскости грусть,

На подушке застывшие слёзы,

Это вечная Русь,

Её сказки, былины и грёзы.

Март в Сокольниках

Помнит кто безоблачное детство –

Я ж с печалью ранние года,

Никуда от этого не деться,

Что тревогой вспыхнет иногда.

Грозным детским призраком остался

Наш полуголодный, пьяный, злой,

Что в прудах Оленьих затерялся,

Пятый счётом Просек Лучевой.