Византийский двор

Однако Матвей и мысли не допускал, что родители его обманули или посмеялись над ним.

В свои восемь лет он уже был достаточно взрослым для того, чтобы понять одну важную вещь: когда речь идет о Боге, то все происходит несколько иначе, нежели в обычной жизни. Всё как бы и взаправду, но и не совсем. Вернее, правда тогда другая, не такая, как в школе или в парке, где он играет с приятелями. В церкви, в книгах о Боге и святых – глазу не всё видно. Оно, невидимое, существует, но его нельзя потрогать.

А еще Матвею не давал покоя один очень важный вопрос: заслужил ли он, став алтарником, чтобы по дороге домой на 5-м выезде с шоссе они свернули направо, а не налево, и ненадолго заскочили в магазин игрушек, Toys «Я» Us, где Матвей не был целых три недели?

– Да, сынок, сегодня ты заслужил, чтобы мы пошли в твой любимый магазин, бесспорно, заслужил, – промолвил Влад, угадав мысли сына, и рука ребенка, вдавливающая в углубление пластинку конструктора, дрогнула.

 – Но сначала давай позвоним маме, узнаем, как она себя чувствует. А о том, что ты сегодня прислуживал в алтаре, дома ей скажешь сам. Жаль, что она не видела тебя сегодня в церкви.

Влад достал мобильник. Поговорил с женой.

– О`кей, дружок, маме вроде бы получше, температура упала. Едем в магазин.

Машина мчалась по шоссе, минуя дорожные указатели, обгоняя другие автомобили. Влад посмотрел в зеркало заднего вида – как там сын. Все в порядке – сияет.

Сегодня, когда Влад увидел сына в стихаре, с зажженной свечой в руках, у него на глазах блеснула слеза.

Такое событие! Казалось, только вчера принесли его из госпиталя, завернутого в пеленку…

– Папа, а знаешь что? – Матвей имел привычку с этой фразы начинать свою речь, о чем бы и какого бы рода они ни была. – Включи музыку – «Роллинг Стоунз» или «Квин».

Через минуту в салоне машины зазвучал рояль, аккомпанирующий великому Фредди Меркюри. Грянули ударные, брызнули своими переборами гитары.

– We will, we will rock you!..

Оба – отец и сын – стали подпевать солисту «Квин».

Сначала вполголоса. Но, вскоре забыв, что это не урок музыки, Матвей перешел на полный голос. Влад не хотел заглушать ни сына, ни замечательного вокалиста рок-группы. Когда же настало время припева и потребовалась вся широта сердца, Влад тоже повысил тон, вдохнул поглубже…

И оба грянули в два голоса, на весь салон, заглушая и ударные, и клавишные, и струнные:

– We are the champions, my frie-е-еnd!..

Машина долетела до 5-го выезда и свернула направо, к магазину.