Последний август

Последний август

Петр Немировский

В этой повести писатель рассказывает о своем детстве, похожем на детство миллионов его ровесников, прошедшем в ветхих довоенных хибарах, где ютились рабочие семьи. Во дворах стояли «скворечники» -туалеты, а из соседских садов так сладко было воровать кислые яблоки. О-о, как это знакомо, как похоже! Но кое-чем отличается ребенок – главный герой: медленным, постепенным осознанием того, что он другой, почему-то не такой, как все его сверстники. Книга содержит нецензурную брань.

Последний август

Петр Немировский

© Петр Немировский, 2022

ISBN 978-5-0059-3439-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Петр Немировский

ПОСЛЕДНИЙ АВГУСТ

ПОВЕСТЬ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

1

Легкий скрип дверных петель. Перед тем как потянуть ручку, выдергиваю из-под продырявленного рыжего дерматина клочок войлока. Пальцы сами скручивают из него шарик. Затем дверную ручку – на себя, два прыжка через крыльцо – и вот он, двор.

Недалеко от нашего дома возвышается деревянный электрический столб, к которому приколочена табличка: «Переулок Наливайковский». Переулок – это дюжина хибар, сараи, сад и туалет.

Почему переулок называется Наливайковским, каждый из его обитателей объясняет по-своему. Например, старый лысый мебельщик Маслянский говорит, что это название происходит от фамилии казацкого атамана Наливайко, курени которого когда-то здесь стояли перед походом.

А вот отец Аллочки, дядя Вася, уверяет, что Наливайковским переулок стал потому, что живущий здесь народ всегда любил наливать. «И песня такая есть: налей, налей бокалы, – напевает дядя Вася, откупоривая зеленую бутылку, и в нос ударяет мерзкий запах. – Раз уж мы родились в Наливайковском, то, видать, и судьба наша – наливайковская».

Итак, в путь. Под подошвами моих сандалий постреливают и поскрипывают камешки, галька, стеклышки, попадаются бутылочные пробки, там и сям обрывки газет.

Вот дом мебельщика Маслянского, перед ним – диван с содранной обшивкой и ящик с инструментами. Далее – дом, в котором живет Аллочка.

Неподалеку – колонка с разболтанной блестящей ручкой. Дергать ее нам строго запрещено, впрочем, как – строжайше! – запрещено и пить воду из колонки. А хорошо бы хоть сейчас навалиться животом на железный стояк, ощутить приятный холодок и услышать, как откуда-то из глубин, урча, поднимается вода.