Вечер в Домжуре

Дело в том, что Валерий соврал, что ничего не поймали. А в это время метрах в десяти, под скошенной травой били хвостами по земле две великолепных особи кефали. К счастью, инспекторы не услыхали этих звуков. Удочки были конфискованы.

Кстати, выяснилось, что Валерий не только оставил там рыбу, но и забыл снятые в ходе рыбалки часы. Швейцарские. Тем временем инспекция удалилась на своих «Жигулях».

Сам Валерий не рискнул возвратиться на место правонарушения. Отправил туда сына. Заход был удачен. Часы нашлись. Из пакета выглядывали два хвоста приличных рыбин.

В дальнейшем мы с майором не решились продлить рыбалку. Валялись на пляже, пили грузинское вино.

Пойманные пять кефалей до конца отдыха пролежали в холодильнике и самолетом были доставлены в Кривой Рог, к моим родителям, где мы с женой продлили отпуск.

Жареная в кляре кефаль была украшением праздничного стола. И, не знаю почему, мне не было стыдно за совершенное браконьерство. Как и двадцать лет спустя, когда во время запрета на рыбалку спиннингом, поймал в Ильмене щуку весом 4,5 килограмма.

Почему так?

Ручей спиртовый

Парадокс. Несмотря на то, что среди офицеров были классные рыбаки, каждый раз соревнование по ловле рыбы удочками со льда выигрывали мы, пацаны. Среди женщин нашего военного городка ходили легенды и байки, почему среди их мужей нет удачливого рыбака,

Суть этого парадокса мы, пацаны, поняли уже потом, став взрослее. А происходило это так.

На рыбалку выходили, начиная с конца мая, когда лед разорвут первые трещины, часов в пять-шесть утра.

На Чукотке в это время года солнце практически не заходит. Так повелось, что лучшее место для ловли бычков, наваги, камбалы было около небольшого деревянного мостика по дороге к поселку Провидения. Мы, пацаны, приняли это на веру, даже не пытаясь проверить на практике.

Подходя к заветному месту, мы сразу же спешили на лед, к трещинам, расширяя их легкими баграми до состояния округлой лунки, через которую беспрепятственно проходила большая рыба.

А офицеры в это время не спеша располагались вокруг родничка с чистой водой, стекающей с заснеженной вершины соседней сопки. Каждый из них не спеша доставал приготовленный дома «тормозок», который, в основном, содержал черный хлеб, тушенку, вареное оленье мясо, венгерские маринованные огурчики. А кроме того, каждый имел персональный пузырь питьевого спирта. У кого его объем занимал дежурные сто граммов, у кого – двести, а у некоторых пол-литра.