Мужчина моей мечты. Ироническая проза

Мужчина моей мечты. Ироническая проза

Наталия Мадорская

«О времена, о годы! Вместо романтичного мальчика меня ожидал рыхлый инвалид на костылях в рваной куртке. Не думаю, что я выглядела лучше. Мы являли собой звездную пару – как раз для посещения ресторана херра Брудера…». «Моя любовь имела перспективу: к 27 годам Петкун был женат и разведен дважды» – рассказ «Он жил, как хотел».

Мужчина моей мечты

Ироническая проза

Наталия Мадорская

© Наталия Мадорская, 2017

ISBN 978-5-4490-1165-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ах, мамочка!

Мария Викентьевна никогда не выходила к столу непричесанной и в халате.

«Шестьдесят два, конечно, не сорок. Но и не сто. И называть женщину бабулькой в любом возрасте бестактно. Но как растолковать это глупым соседям? Бабулька и бабулька! Впрочем, чего еще можно ждать от плебеев?»

– Мамочка! – услышала она голосок Ксении из другой комнаты.

– Иду-иду, мой дорогой! Иду, милая! – Мать просеменила по коридору и остановилась, пораженная, в дверях:

«Ах, как идет к русым волосам Ксенечки это скромное платьице с мережкой, и как вся она, освещенная летним солнцем, похожа на свекровь. Дворянских кровей была свекровь. Злее ее, прости Господи, не было».

– Что ты застыла, мамочка? – Сидя за столом, покрытым свежей скатертью, под своим портретом, нарисованным ее братом Кириллом, Ксения осторожно разливала кофе.

– Ничего, – сказала Мария Викентьевна и робко присела на стул.

«До чего хороши у Ксенечки глаза, – думала она, придвигая к себе чашку. – И взгляд голубой, холодноватый».

– Не находишь ли ты, мамочка, – ласково улыбаясь, спросила дочь через некоторое время, все заполненное звуками трапезы, по сравнению с которыми щебет воробьев на балконе мог показаться резким, – не находишь ли ты, мамочка, что пирожок нынче удался?

– Тебе все удается, мой дорогой! – гудок автомобиля под окном заставил ее вздрогнуть и бросить быстрый взгляд на дочь.

– Все потому, что тесто вышло неплохое, – все так же улыбаясь, продолжала Ксения, – а тесто, мамочка, – главное в пирожке.

Этот разговор, приятный обеим, наверное, затянулся, если бы не гудок, повторенный на этот раз дважды.

– Игорек ждет, – сказала мать.

– Я знаю, мамочка.