Хмельной транзит

За несколько секунд до конца боя Федоров, не щадя больной руки, со всей мочи ударил справа. Это был нокаут. Только гонг не дал рефери довести счет до конца, и победу присудили Федору по очкам.

По стеночке медленно пробираясь по коридору, Федор чувствовал себя будто на двое перерезанным. Глаза в крови, рука повисла как плеть… И все же этот полуфинальный матч казался чуть ли не лучшим боем в короткой Гришкиной спортивной карьере.

– Жаль, не удалось добраться до финала, – устало прошептал Федор и плюхнулся на лавку, на которой недавно сидел его авторитетный наставник.

– А кто тебя просил выигрывать?

– Не понял, – Федор вытер здоровой рукой окровавленные глаза и, к удивлению, рядом вместо Деда Филимона увидел стриженого Бобра, именно так заключенные нарекли начальника лагеря.

– Как это не просил? А амнистия? А уговор? – не понял Федор.

– Вроде взрослый парень, а все в сказки веришь… Я ж на твой проигрыш ставил.

– Хм… А кто этот новенький? Профи?

– Догадливый… Попался на спекуляции золотом…

– Значит, я победил настоящего профессионала, прав был Филимон, надо уметь побеждать свой страх, иначе ты – умер!

– Иди к врачу, умник! – недовольно буркнул Бобр, помечая что-то в записной книжке.

В скромном лагерном медпункте, куда добрел Федор после полуфинального боя, местный Айболит наложил ему шину на сломанную руку и выдал дефицитный бинт, чтобы тот сам смыл запекшуюся кровь с лица. К этому времени рассеченная бровь перестала сочиться и, по мнению субъекта, некогда дававшего клятву Гиппократа, надобность в наложении швов отпала.

– Не боись, и так заживет. Как говорится, до свадьбы!

– Лучше бы до амнистии…

– Это кому как нравится. Слушай, боксер, тут твой друган старшой лежит.

– Кто? – не понял поначалу Федор, – Дед Филимон?

– Для кого Дед, а для кого и осужденный Филимонов.

Гришка бросился за ребристую ширму, за которой на железной панцирной кровати с закрытыми глазами лежал Дед Филимон.

– Филимон! – тихо позвал Федор, но наставник не реагировал.

– Без сознания он… Звать бесполезно, – пояснил Айболит.

Гришка присел на краешек кровати, осторожно погладил теплую жилистую руку Филимона, но ответа не было.

– Я выиграл! Филимон! Выиграл у этого новичка в полуфинале! По очкам, правда, но руку сильно повредил… Так что с финалом пролетаю… Слышишь? Этот соперник профи был, ты точно с ним знаком. Я теперь это понял…

– Зря стараешься, не слышит он, в коме.