Триата

* * *

– Вода с газом, без, сок, чай, кофе? – произнесла над головой Артура стюардесса в яркоапельсиновой форме.

– Чай, п-пожалуйста, – ответил Артур, смущенно покосившись на женщину, сидевшую рядом. Это была его сопровождающая.

Когда Поли и Ник поехали в авиакассу покупать сыну билет на самолет, девушка за стойкой сообщила: по закону четырнадцатилетним мальчикам запрещено летать самостоятельно. Обязательно нужен сопровождающий.

А родители, как мы знаем, полететь в Америку не могли…

Ник с досадой всплеснул руками, а Поли внутренне ликовала «Это знак! Так и знала, что Артуру не нужно лететь!».

Но неожиданно стоящая за ними в очереди женщина воскликнула:

– Надо же, я тоже хочу купить билет на эти же даты, во Флориду. Могу взять с собой вашего сына – ведь по факту это всего лишь совместная регистрация и соседние кресла в самолете.

Поли и Ник ошеломленно переглянулись, их лица отражали противоположные эмоции. Поли была неприкрыто разочарована, а Ник с облегчением рассыпался в благодарностях к незнакомке.

* * *

Сейчас, взглянув на сидящую рядом женщину, Артур впервые изумленно подумал о том, какое все-таки странное совпадение! В их крохотном северном городке, находящемся на окраине страны, нашлась женщина, летящая тем же рейсом во Флориду, что и он. Более того, какова была вероятность, что она придет покупать свой билет именно в тот же день и час, что и родители Артура?

Одна на миллион.

От этих мыслей сердце мальчика неровно стукнуло о ребра.

* * *

Полет прошел быстро. Пара фильмов на планшете, ужин, сон – и вот уже «уважаемые пассажиры, наш самолет приступил к снижению…»

Аэропорт небольшого городка Форт-Пирс встретил Артура влажным горячим воздухом и пестрой иностранной речью.

Парнишка жадно смотрел по сторонам, впитывая новый для себя мир. Все привлекало взгляд: рекламные билборды, колоритные иностранцы и, конечно, ослепительное солнце на бирюзовом небе и неправдоподобно-зеленые газоны за панорамными окнами.

Стараясь держаться уверенно, Артур пошел к стойке получения багажа. Окружающие люди выглядели диковинно – он то и дело мысленно одергивал себя, чтобы не пялиться слишком открыто.