Лика и Рома

Лика и Рома

Виктор Александрович Уманский

Каждый красив по-своему, не правда ли? В четырнадцать Лике впервые предстоит проверить это утверждение на практике. Она активна и настойчива, а значит, Рома должен достаться ей – так или иначе.

Когда в четырнадцать лет Лике впервые пришло в голову, что она лишена чего-то очень важного, ей стало как-то по-детски обидно. По-детски, потому что обижаются только дети – уж это она давно усвоила. А ещё – «на обиженных воду возят».

Лика ко всему подходила серьёзно, начиная от строительства куличей в три годика и продолжая организацией всего двора на салки.

В первый день в школе некоторые дети плакали, другие просто притихли, настороженно смотря по сторонам. Лика же зашла в класс так, будто это было для неё самым привычным делом, и сразу уселась у окна с большим цветком – так ей захотелось. Вскоре она уже вовсю обучала одноклассников «казакам-разбойникам» после школы, и те носились за ней восторженной толпой.

В следующие семь лет у Лики было множество важных и насущных задач: естествознание и арифметика, потом биология и алгебра, баскетбол, выступление на последнем звонке у старшаков – Лика сама придумала сценарий. Ей не приходило в голову спрашивать себя, счастлива ли она, – до седьмого класса.

Что-то изменилось: девочки вокруг начали шептаться о мальчиках. Раньше все играли дружной толпой, теперь же появились секреты, смешки, разделение на своих и чужих.

Лику не смутила перемена настроения: в новом всегда интересно разбираться. Одноклассницы тайком передавали друг другу подростковые журналы, и Лика тоже прочитала несколько страниц, загнутых для неё подругой. Там говорилось о свиданиях, поцелуях. Статья не оставляла сомнений: все девочки до единой мечтают нравиться парням. Лика вдруг поняла смысл шепотков, а то, сколь непосредственно она до сих пор общалась с мальчиками – и даже с Ромой, – показалось немыслимым.

То, что Рома нравится ей, теперь было очевидно. Он так красив: непослушные чёрные волосы, слегка оттопыренные уши, смешливый рот. Отлично гоняет в баскет, но совершенно не красуется! Может спокойно посидеть в запасе, чтобы кто-то другой сыграл. Малышню не задирает.