В мире этом… Стихи

Хоть я безупречной морали —

звоните, а там поглядим.»

И, как леденцы в общепите,

пестреют улыбки, дразня:

«Купите, купите, купите!

Скорее купите меня!»

Ребята! Возможно, в финале

сослужит вам службу гормон,

но прежде, чем сняться в журнале,

пожуйте хотя бы лимон.

На запад

С мрачной страстью игроков

обобрав себя до нитки,

на кораблик дураков

погрузили мы пожитки.

Во хмелю ещё сильна

наша нищая держава.

И швыряет нас волна

то налево, то направо.

Капитан наш, супермен,

не учил, видать, уроков,

но в Эпоху Перемен

лохи ставят на пророков.

С часовыми по бокам

и с чекушкою в кармане —

безразлично дуракам

то, что прячется в тумане.

Все по палубе снуют,

чтоб поддерживать с азартом

увядающий уют

по совдеповским стандартам.

В трюме хлюпает вода

и чадит свечи огарок.

Курс на запад, господа.

Привезём себя в подарок.

У обочины

Ведут дороги через некрологи

сквозь этот мир, как зеркало, кривой.

Когда в пути отказывают ноги,

резоны есть подумать головой.

Что впереди? Безумие построит

мираж прекрасный в небе голубом.

А позади… Таращиться не стоит,

чтоб соляным не сделаться столбом.

К чему спешить и, взбрыкивая шумно,

адресовать Всевышнему упрёк?

По рассужденью, право же, разумно

одолевать дороги поперёк.

Вздох

Красиво жить никто не запретит,

и конкурент потерпит пораженье,

коль ваш здоровый волчий аппетит

способно укротить воображенье.

Вы из мечты воздвигнете Парнас

на месте бань в районе хулиганском.

И на черта? вам сдался ананас,

который вдруг не плавает в шампанском?

Когда же вас на избранном пути

шутя пленит заезженная тема,

вы мимо блага можете пройти,

бродя в садах картонного Эдема.

Поскольку вам до гроба далеко,

вы насладитесь отзвуками бала

и редкий шанс отвергнете легко

в погоне за мерцаньем Идеала.

И брань Фортуны вас не возмутит,

хоть каши просят стёртые ботинки.

Красиво жить никто не запретит,

когда вы мирно смотрите картинки.

Витязь

Сквозь страх и ропот людей,

сквозь жар песков и снега?

во имя верных идей

я пёр с мечом на врага.

Железным был я внутри,

но между ратных проблем

мыслишки две или три

ко мне проникли под шлем.

Уныл я стал и угрюм,

повел сумбурную речь…

Когда смутился мой ум,

тогда сломался мой меч.

Я к Богу сделался глух

и сдался женщине в плен.