Йомсвикинг

Она была в копоти, словно выкована совсем недавно, и обхватывала древесину с трех сторон. Длиной она была почти с локоть, а по бокам были пробиты отверстия для заклепок.

Теперь я понял. Удары из кузни… Я заметил Хуттыша, он, как обычно, стоял между накладами торфа. Но теперь он поднял руку в приветствии и начал спускаться на берег в развевающемся на ветру мохнатом плаще. В то утро на нем был широкий пояс, на котором висели молоток и кожаная сумка.

Подойдя ко мне, он сначала взглянул на море, а его волосы, в которых уже пробивалась седина, развевались вокруг круглого лица.

Потом он высморкался, уперся плечом в ахтерштевень и покрепче уперся в песок.

– Давай, берись там.

Он кивнул на борт лодки, я побежал туда, и, когда Хуттыш сказал «Поднимай, парень!», я приподнял лодку. В то же время Хуттыш сдвинул ахтерштевень. Весь кнорр заскрипел, а когда мы его опустили, Хуттыш взглянул вдоль планширя и недовольно рыкнул, так как киль не выпрямился до конца.

– Давай опять, – приказал он, и мы опять подняли лодку. В этот раз нам удалось сдвинуть ее так, что две части киля ровно состыковались.

– Теперь прыгай на борт и накладывай скобу, – сказал Хуттыш.

Я забрался в лодку. Скоба оказалась точно по размеру, она с лихвой охватывала весь поврежденный участок. Хуттыш протянул мне молоток и несколько заклепок, вытащив их из сумки на поясе. Они тоже были закопченными и совсем гладкими: они только что вышли из кузни.

Я вбил их в отверстия на скобе. И вот киль готов, еще более прочный, чем раньше. Оставалось только закрепить доски обшивки, и кнорр мог выйти в море.

Я бы, конечно, поблагодарил Хуттыша, но, как только я протянул ему молоток, он повернулся и ушел. Весь этот день я размышлял над его поступками. Ведь я понял, что скобу выковал именно он, но почему он решил помочь Гриму? Я никому не обмолвился и словом о том, что произошло, ни Сигрид, ни кому другому в усадьбе.

Но я твердо решил выяснить, почему Хуттыш повел себя так странно, и на следующий день еще до зари я столкнул лодку в море и поплыл к заливу Хутта.

Тем утром ветер был слабый, и мне пришлось грести. Понемногу с запада нагнало темные тучи, начался дождь. Когда лодка наконец ткнулась в берег, мы с Фенриром промокли до костей.

Обычно я не обращал внимания на дождь, во всяком случае, летом, когда погода была теплой.