Алрой

“Абдалла не только верный мой слуга, он побывал со мной в Мекке, совершил хадж, он хаджи!” – добавил весу словам Абдаллы хозяин его Али.

“Твоя очередь говорить, юноша”, – сказал Хонайн.

“Он плут, лжет, как все лакеи лгут!”

“Прошу быть кратким”, – прервал Хонайн.

“Негодяй, это меня ты называешь лакеем? – возопил Абдалла, – О, господин Хонайн! Я хаджи, я совершил паломничество в Мекку. Клянусь гробом Магомета, этот вор – еврей!”

Врач халифа слегка побледнел, закусил губу.

Он готов был раскаяться в неосмотрительности: вступиться за иудея при всем честном народе! Но отступать поздно, и юношу жалко. И он спросил, откуда у того кольцо.

“Я получил кольцо от учителя, как знак благословенья на паломничество, которое еще не завершил. Есть некто в мире, кому готов отдать его, но человека этого пока не встретил. Нет у меня иного свидетеля, кроме правды. Я одинок и без друзей, но я не нищий и никогда не стану им. Немыслимые тяготы пути исчерпали силы и пошатнули дух.

Я искал в кофейне угол, скрытый от глаз, чтобы забыться, возможно, умереть. А тут этот лакей – новая каверза судьбы. Не дано рабскому его уму понять, что для меня кольцо дороже жизни самой!”

“Покажи украшение”.

Юноша протянул Хонайну кольцо. Тот взял, ощутил биение пульса в дрожащей руке.

“О, моя Фатима!” – заголосил Абдалла.

“Позвать сюда ювелира!” – приказал вельможа.

Ожидая ювелира, Хонайн внимательно разглядывал красивый предмет, пытаясь разгадать секрет его значимости для юноши.

Подошел ювелир, поклонился Хонайну.

“Оцени эту вещь”, – тихо промолвил Хонайн.

Мастер взял кольцо, придирчиво рассмотрел его на свет, ощупал пальцами, попробовал языком, повертел так и сяк и, наконец, изрек: “Не меньше тысячи драхм цена ему”.

“Готов ли ты уступить мне эту вещь за такую цену?” – спросил Хонайн Абдаллу.

“О, да!” – сорвался с уст Абдаллы мгновенный ответ прежде, чем он успел подумать, и глаза его загорелись.

“А ты, незадачливый паломник, если тяжба решится в твою пользу, возьмешь за кольцо двойную цену?”

“Мой господин, я говорю чистую правду. Я не могу расстаться с кольцом. Даже за дворец халифа!”

“Итак, на сей раз справедливость торжествует! – ликуя, воскликнул Хонайн, – Юноша, вещь принадлежит тебе. А ты, жадный лгун и негодяй, – продолжил вельможа, повернувшись к Абдалле, – получишь то, что прочил оклеветанному тобой.