Один румынский дракон

] усатый толстяк, рывком натягивая поводья, так что лошади встали на дыбы, и, как ни в чем ни бывало, осведомился: – Вестминстер? Сити? Кенсингтон?[6 - Центральные районы Лондона.] Домчу за четверть часа.

– Я по старинке, через портал, – махнул ему Рик, и коляска тут же взмыла в воздух.

Чутье подсказывало, что лучше бы заскочить в крошечную холостяцкую квартиру в Стрэтфорде,[7 - Пригород на северо-востоке Лондона.] но с дороги его разморило. Рик решил сначала переместиться в Вестминстер, сдать отчет в финансовый отдел и остаток дня отсыпаться.

Чем не отличный план? Однако усталость внесла коррективы.

Еще создавая портальный круг, он заметил, что тот мерцает слабее обычного. Задержал дыхание, стиснул в кулаке амулет, отчетливо представляя особняк с золоченым гербом на фасаде, и… все равно не дотянул. Свечение поблекло не у здания Фонда, а за два квартала, на пафосной улочке, состоящей сплошь из магазинов, салонов и кафе. Рик чуть не пробил витрину одного из них, но вовремя притормозил – четко напротив веранды со столиками – вот только инерция поволокла его дальше.

Закрутила, толкнула, и опрокинула на что-то мягкое. И весьма недурно пахнущее, как белье в дорогих отелях, в которые ему пусть и редко, но все же доводилось останавливаться.

«Идеально переместился».

Рик с наслаждением вдохнул цветочный аромат, не торопясь подниматься.

– Да как вы… смеете, – пружинящая опора под ним внезапно завозилась.

Распахнув глаза, Рик обнаружил, что уткнулся носом в ложбинку чьей-то груди.

И какой груди! По сравнению с ней «достоинства» девицы с таможни казались жалкими прыщиками.

– Мисс, примите мои глубочайшие извинения, – широко улыбнулся он, продолжая пялиться на два пышных полушария, вздымавшиеся перед его лицом в такт дыханию.

И уже собирался сострить, что теперь как истинный джентльмен просто обязан обсудить условия помолвки, когда скулу обожгла пощечина.

– Хам! – вздернутый нос незнакомки брезгливо поморщился.

Рик понадеялся разрядить обстановку шуткой, но у жителей этой части Лондона чувство юмора отсутствовало напрочь.

Надменная девица, так кстати и некстати оказавшаяся под ним, продолжала верещать и заламывать руки.

– Мисс, это недоразумение, – поднявшись, Рик перешел на серьезный тон, все еще надеясь, что его услышат. – Я не имел намерений…

– Откуда мне знать?

Пока он безуспешно доказывал свою непричастность, из трех портальных кругов к кафе шагнули полисмены.