Финал

Скотт приволок на цепи падшего ангела, худого парня по имени Барух, которому на вид было не больше пятнадцати человеческих лет. Больше всего Скотт боялся, что они заставят Нору саму клеймить ангела, но Лиза Мартин увела ее в потайной кабинет.

Какой-то нефилим в мантии сунул раскаленное клеймо в руки Скотту. Скотт посмотрел вниз на мраморную плиту, к которой был прикован падший ангел. Не обращая внимания на угрозы Баруха отомстить, он повторил слова, которые нефилим в мантии бормотал ему прямо в ухо – в конце Черную Руку прямо-таки возвели в ранг божества, – и впечатал клеймо в обнаженную грудь падшего.

И вот теперь он стоял в туннеле около тайной комнаты, прислонившись к стене в ожидании Норы. Еще пять минут, и он сам пойдет за ней. Он не доверял Лизе Мартин. Он не доверял вообще никому из этих ряженых нефилимов. Совершенно очевидно, что они создали некое тайное общество, а Скотт придерживался стойкого убеждения, что тайное хорошим не бывает.

Дверь со скрипом открылась, Нора вышла, бросилась ему на шею и крепко его обняла.

Он обнимал ее, пока она не перестала дрожать.

– Ну прямо сладкая парочка, – он попытался успокоить ее, поддразнивая, зная, что именно это возымеет нужный эффект.

Она прыснула.

– Что ж, ты сам видел: они действительно в восторге, что я их новый лидер.

– Они потрясены.

– Они потрясены тем, что Черная Рука доверил их будущее именно мне. Ты видел их лица? Я думала, они начнут рыдать. Ну, или кидать в меня тухлыми овощами.

– И что ты собираешься делать?

– Хэнк мертв, Скотт.

Глава 1

Вечером того же дня

Вообще-то я не тусовщица.

Вся эта грохочущая музыка, извивающиеся тела, блуждающие улыбки – все это не мое. В моем понимании идеальный субботний вечер – это дом, диван, просмотр какой-нибудь романтической комедии в обнимку с Патчем, моим парнем.

Меня зовут Нора Грей. Не так давно я была обычным американским подростком, который скупал шмотки на распродажах и тратил деньги, заработанные за бебиситтерство, на iTunes… Но с некоторых пор понятие «нормальность» и я стали несовместимы. Я бы не узнала нормальность, если бы она подошла ко мне и ткнула меня в глаз.

Нормальность ушла из моей жизни, когда в нее вошел Патч.