Финал

Ведь это означало, что Патч уже появился, и у меня совсем не осталось времени. Мне не хотелось делать то, что мы запланировали, но я понимала, что выбора у меня нет: нужно сыграть свою роль, даже если она причинит мне страдания, ради собственной безопасности и безопасности тех, кого я люблю.

«Готова?» – прозвучал голос Патча у меня в голове.

«Если желание все немедленно бросить и убежать называется готовностью, то да, готова».

«Я приду к тебе попозже, и мы обо всем поговорим. А сейчас давай просто сделаем то, что должны».

Я кивнула.

«Все как мы с тобой договаривались», – спокойно сказал он мысленно.

«Патч? Что бы ни случилось… я люблю тебя».

Этих трех слов мне было явно мало для того, чтобы выразить, что я на самом деле к нему испытываю. И в то же время, разве можно было добавить что-то еще к этим простым и емким словам?

«Что ж, Ангел, никаких сомнений!»

«Никаких», – ответила я серьезно.

Бармен как раз закончил обслуживать клиента и повернулся, чтобы принять у Патча заказ.

– Что тебе? – спросил он довольно резко, вытирая руки посудным полотенцем.

Патч заговорил невнятно и почти неразборчиво, как пьяный:

– Мне бы симпатичную рыженькую, желательно повыше и потоньше, с бесконечными ногами. – Он провел пальцем по моей щеке, а я выпрямилась и отпрянула от него.

– Мне это неинтересно, – сказала я и сделала глоток спрайта, не отрывая взгляда от зеркала за стойкой бара.

Бармен перегнулся через стойку, опершись мускулистыми руками о гранитную столешницу, и уставился на Патча.

– В следующий раз сначала прочитай меню, прежде чем отнимать у меня время. Мы не торгуем девушками, ни рыжими, ни какими другими.

Он выдержал эффектную паузу, а потом отвернулся к следующему клиенту.

– А еще лучше, если она будет нефилимом, – пьяно объявил Патч.

Бармен остановился, глаза его зажглись бешенством.

– Эй, нельзя ли потише, парень? Здесь у нас смешанная компания, сюда и люди тоже захаживают.

Патч отмахнулся пьяным неловким движением:

– Мило, что ты так заботишься о людях, но одного маленького фокуса с их сознанием будет достаточно, чтобы они навсегда забыли, что я тут говорил.