Дети Шини

Всех, кто что-либо знает о местонахождении подростков, правоохранители просят обратиться в ближайший отдел полиции или позвонить 102».

Мы с ужасом переглянулись. На наших лицах были написаны паника и стыд.

– Двое из нас на учете? – сказала я, оставив в стороне возмущение по поводу того, что мне «на вид пятнадцать». Нужно было говорить о чем угодно, лишь бы не жалеть себя: – Вот так сюрприз!

– Это не я, – выпалил сидевший на полу прямо под телевизором Петров.

– И не я, – Герасимов стоял посреди комнаты, скрестив руки на груди, и всем своим видом демонстрировал упрямое равнодушие.

– Естественно, и не я, – Марков нервно заерзал.

– А чего вы все на меня смотрите? – возмутился Якушин с другого дивана. – Сто процентов нет.

– Точно он, – ткнул пальцем Марков в сторону спящего Амелина.

– Я бы его за одни эти шрамы на учет поставил, – согласился Герасимов.

– Это из-за них вы вчера так орали? – спросила я, и он кивнул.

Наконец хоть что-то прояснилось.

– Короче, – сказал Марков, – давайте по-честному.

Кто второй?

– Ну ладно, – сдалась молчавшая все это время Сёмина. – Это я.

– Ты? – воскликнули мы в один голос.

– Ничего такого. С одной сетевой знакомой косплеили в парке. Она была розоволосая, Юно Гасай[6 - Героиня манги и аниме «Дневник будущего».], я – Мэй. Просто сидели на лавочке зимой и болтали. Было холодно, поэтому забрались на спинку, а ноги поставили на сиденье. Мимо шли полицейские и объявили, что мы совершаем грубое административное нарушение.

Мы сразу слезли, но они все равно заявили, что у нас, уродок, уродские родители, потому что плохо воспитали, и что наши дети тоже будут уродами. Стоило, конечно, все спокойно выслушать, но Юно не выдержала, вошла в образ, достала нож – у нее был страшный и кривой косплейный нож – и начала изображать безумную Юно. Это было забавно, но полицейские не впечатлились. Просто забрали нас в отделение и поставили на учет. Вот и вся история.

– А татуировку покажешь? – нахально спросил Петров.

– Это просто инь-ян, – Настя стыдливо потупилась.

– Чего? – не понял Герасимов.

– Инь-ян, – повторила Настя. – Китайский символ объединения и взаимодействия.

– Зачем тебе это? – неодобрительно сказал Марков.

– Это отражение моей жизненной позиции.

– Что за позиция такая? – поморщился Герасимов.

– Что все взаимозависимо и взаимопроникаемо.

– Ну ты загнула, – покачал головой Якушин и принялся скатывать матрас, на котором спал.