Солнце Дагара

Замок недостаточно охраняем, это очевидно, – он обернулся к советникам. – Если кто-то из вас и ваших семей погибнет – это будет его прямая заслуга. Вы не должны этого допустить. Убедите короля повысить оборону.

Вельможи захмыкали, выказывая деланное равнодушие заботам собственного выживания. Разумеется. Люди, не видевшие смерть, всегда уверены, что будут жить вечно.

– Эдмунд, все сказал? – Король мрачно кивнул в сторону дверей. – Крупных нападений не было уже пару лет. Это не трусость, перераспределять ресурсы надлежащим образом.

Принц прикусил губу, умоляя себя промолчать. Грош цена правителю, чьей логикой движет защита собственного живота и статуса. Надо научиться действовать от обратного.

– Я не нашел ее, – буркнул он на прощание. – Если вдруг тебе интересно. Их нет на территории страны. Скорее всего, прячется в Нэви.

– Или с самого начала была плодом твоего воображения, – кивнул отец. – Какие планы на этот раз? Пойдешь к магам Кадмы? Спросишь Источник? Или наконец успокоишься и займешься делом, как давно следует?

Эдмунд махнул рукой и направился к выходу.

– Чтобы что? Облагать людей новыми налогами? Слагать для них легенды о вечной жизни, чтоб не так страшно было помирать в этой? Спасибо, ты и сам отлично справляешься. Поеду к Теодору. Возможно, он более заинтересован в выживании.

– Вперед! – деланное спокойствие отца иссякло, стоило упомянуть имя конкурента на звание короля века. Он аж подпрыгнул на троне. – И родину тогда меняй сразу, чего мелочиться. Передай Теодору, он должен Вите два мешка золота.

– Там и останусь, – Эдмунд, выходя, удрученно пнул позолоченную дверь.

Глава 4

Алекс

Когда Орландо, по-прежнему подозрительно косясь, довел меня до моей новой комнаты, я еле держался на ногах. Не только от усталости. После часа приседаний ноги конкретно так дрожали. И это был далеко не конец мучений на сегодня. Меня лишь на полчаса, сжалившись, отправили в новые покои, чтобы мог сменить одежду на более… подходящую новому образу жизни.

Учитель тогда вызвал домового и кивнул в мою сторону. Это означало, что спальное место было готово задолго до того, как рукопожатием я признал себя учеником (и мучеником) Академии. Значит, в моей упертости и недальновидности он не сомневался. Приятно.

Направо от главного зала, через коридор корпуса для прислуги, подняться по узкой витиеватой лестнице на третий этаж – и вуаля.