Солнце Дагара

Почему Фрея не сказала, хотя видела мое лицо, когда передавала посуду? Это что, нэвийская мода так выглядит? Или беженцам из Виты закон не писан?

Краска не смылась! Она просто размазалась непередаваемым месивом по всей моей физиономии! Верхняя часть варьировалась от синего к черному, а нижняя – и особенно губы – от красного к коричневому. Я производила впечатление грустного клоуна, окончательно разочаровавшегося в профессии. Или кисейной девицы, которой недавно разбили сердце.

Быстро расставив оставшуюся часть тарелок, я молниеносно ретировалась на кухню.

– Эх, не донесет ведь, – протянула Фрея, разделывая перепелку у плиты и следя за действиями маман.

– Донесет-донесет, – уверенно заявила та. – Иначе что ей у нас делать?

Я не успела выскочить обратно в коридор, мне торжественно передали исходящую паром посудину, указали в направлении столов  – и тут же снова потеряли ко мне интерес.

Тяжеленная кастрюля заставляла действовать быстро. Так я снова появилась в обеденном помещении, по-прежнему смущенная тем, что разукрашена как кукла. На одном дыхании доковыляла до центра стола и там сгрузила ношу перед оголодавшими лицами военных. На меня смотрели с нетерпением. Наверное, ожидали, что я каждому собираюсь в миску его долю наливать. Не дождетесь.

– А дальше, мальчики, сами, – елейным голоском просветила их и развернулась, чтобы отбыть на поиски более вменяемой, чем ее подруга, Марианны.

Она определенно должна где-то наверху пережидать эту кухонную эпопею.

– Постой, – парень, мимо которого проходила, схватил меня за руку. – Как твое имя?

На меня выжидательно уставились десятки глаз.

– Хм. Думаю, это не должно иметь для вас значения.

Я вырвала руку и проследовала дальше под хмурые взгляды окружающих.

– Эй, жертва моды! – уже более грубо бросил вслед все тот же тип.

Я бросила взгляд на стол. Действительно, ни ложек, ни вилок на нем не было.

– Мальчики-зайчики, вот ваши ложки, не грустите!

Фрея вбежала в зал со столовыми приборами наперевес и раздраженно махнула мне в сторону выхода.

– Иди, прогуляйся, ты занимаешь место, – прошипела она, и я тут же с готовностью ретировалась.

Вечерело.