В плену чужой страсти

 – Ароматизированное мыло и увлажняющие средства вряд ли сделали ее экспертом. Просто она частенько роняла на себя еду.

– Ах, так вы босс Мэри. Хэнк говорил о вас.

– Сьюзен Кольер, к вашим услугам. – Она подняла бокал.

Он кивнул, полагая, что ему незачем представляться.

– А почему вы не развлекаетесь в бальном зале, Сьюзен Кольер? Разве вам не надо танцевать наверху со своим парнем?

– Я пришла одна.

– Сожалею.

Странно, что он внезапно пожалел ее.

– К вашему сведению, я могла бы прийти сюда с парнем, если бы захотела.

Она хотела акцентировать свое заявление взмахом руки, потом решила не рисковать и сделала большой глоток коктейля.

– Я не собирался вас обижать. – Он покорно поднял руки и немного попятился.

Бармен усмехнулся:

– Может, для вас хватит на сегодня?

– Сегодня определенно не мой день. – Он напрягся и посмотрел на свою рубашку. – Вы правы. Стало хуже, да?

– Я же предупреждала, – ответила Сьюзен.

– Я верю вам на слово. И что, теперь от меня всю ночь будет вонять вином?

– А что вы такого натворили, что вам плеснули коктейлем в лицо?

Лучше бы она спросила, чего он не натворил. Льюис бросил салфетку на барную стойку. Последние девять месяцев его жизнь не ладилась.

– Ничего, – соврал он. – Мы разговаривали, и через минуту меня облили коктейлем.

– Просто так?

– Да, вот так.

Она знала, что он лжет. Это стало понятно по взгляду, который она бросила на него поверх края бокала.

– Вы недоговариваете, – сказала она. – Вы вообще увиливаете от ответа.

– Что-что?

– Вы услышали меня. – Она покачнулась в сторону на барном стуле. Наверное, бармен это заметил. – Никто не выливает друг на друга коктейли без причины, – произнесла она. – Особенно хорошие коктейли. Ну, что вы натворили?

Льюису хотелось ответить, что ее это не касается, но он прикусил язык, заметив, как блестят ее глаза. Даже опьянев, она не потеряла бдительности.

И потом, она все обо всем узнает.

– Я спросил у них, как их зовут.

– Вы забыли их имена после того, как переспали с ними?

Он не сказал, что гордится этим. На самом деле он был в ужасе.

– Я был с ними, когда еще играл в футбол, – ответил он.

– Ну, это в корне меняет дело, – объявила она бармену.

– Я не говорил, что поступил правильно. Я просто забыл, как их зовут.

– Я понимаю. Должно быть, трудно, когда тебя донимают фанатки.