На свои круги

После такого спать спокойно он точно не будет.

Эрвин думал, а сам рассматривал маленьких сыновей ткача. Симпатичные светловолосые братья сидели смирно и настороженно наблюдали за ним. Интересно, что мама сказала им такого, что они даже дышать боялись? Хорошо припугнула, ничего не скажешь. Как два совёнка из дупла смотрят на него.

– Есть хотите? У меня есть сыр и хлеб. – Эрвин достал из-за пазухи тряпичные свёртки, положил на стол. – Давайте нож. Есть у вас что попить?

Сел на скамейку у стола. Старший из мальчишек поднялся первым, принёс нож, тарелку, кувшин с холодным молоком.

А скоро и младший брат присоединился.

– Где ваш папа? – спросил, будто между прочим, Эрвин, надеясь, что кто-то из мальчишек по детской непосредственности проболтается и выдаст ложь матери.

– Он умер, Господь забрал к себе его душу. – Старший из сыновей был посмелее, он ответил Эрвину, а младший, услышав о Боге, перекрестился. – Мы остались с мамой…

Эрвин кивнул, отламывая хлеб от большого куска.

– У вас хорошая мама, она вас любит.

Мальчишки дружно кивнули светлыми головами, уплетая свежий хлеб с сыром, запивали молоком из глиняных кружек.

Так их и застала вернувшаяся мать, немного растерялась от увиденного, уж она-то не ожидала увидеть всех за столом. Прошла и села рядом с детьми на скамью, и младший прильнул к матери, стараясь поймать прикосновение тёплой ладони. Жена ткача прятала растерянный взгляд, боялась глядеть на Эрвина, шепнула:

– Что же вы такое натворили? Вас ищут по домам и лавкам… Вооружённые люди стучатся во все двери.

 – Дрожащими пальцами она гладила сына по голове и смотрела на Эрвина с тревогой.

– Сюда заходили? – насторожился, стискивая зубы.

– Только что…

– И?

– Я сказала, что ничего не знаю и никого не видела. Но они вряд ли успокоятся быстро. Вам опасно уходить. Может быть, даже сегодня и завтра. Я не знаю… – Она бессильно опустила голову, рука её в отчаянии обняла младшего из сыновей. – Кто вы? Что сотворили? Господи, помоги нам…

Эрвин медленно вдохнул и ответил глухо:

– Я не убийца и не преступник.

 – Женщина вскинула голову и вопросительно глянула на него с немым вопросом: «Почему тогда?» Эрвин продолжил: – Если я останусь жив и смогу выступить на суде, один человек лишится титула, земель и власти, может быть, даже жизни. Меня поэтому ищут…

Женщина недоверчиво нахмурилась, не веря его словам, шепнула:

– Такого не бывает.

– Бывает. Ещё как бывает. Если поймают, меня убьют, я не доживу до суда.