Не отпускай моей руки

А глаза у него красивые, тёмные и выразительные. Брови тёмные, глаза тёмные и волосы тёмные… И это так необычно.

Как внимательно и долго рассматривал он её саму. Этот взгляд такой же долгий, как и взгляд у Аина. Тот тоже смотрит так же долго. Но у Аина улыбка холодная, злая, будто мыслит он что-то плохое. А у этого Арольда улыбка хорошая, добрая, нет, не просто хорошая, она такая, что от неё сразу легко на сердце делается. И всё лицо его преображается, и эту грязь на щеке и порезы сразу не замечаешь. Ничего не замечаешь! Так и любовалась бы его улыбкой.

Его глазами. И голос бы слушала бесконечно…

Эллия помогала на кухне, а сама думала об этом пленном Арольде. За что отец его так? Почему на цепь? Зачем пытал? Хотел, чтобы графиня слышала крики сына? Он же будущий граф, так нельзя с равным себе обращаться. Да и как ему можно больно делать? Он же такой молодой, такой несчастный… такой одинокий и такой больной…

Бэт сказала, дождь сильнее пошёл, а он так и стоит под дождём, ему даже спрятаться негде.

И он, поди, кашлять станет ещё сильнее. А если сляжет? Заболеет серьёзно? Нельзя так, нельзя!

Отец, конечно, воюет с Орантом, получается, что этот Арольд сын врага, но нельзя так и с врагами. Матушка Вита в монастыре говорила, что Господь призывал прощать врагов и любить тех, кто вас ненавидит. А получается, что никто никого не прощает, а старается делать больно. Почему? Всё наоборот!

«Я спрошу отца, когда он вернётся… Обязательно спрошу…»

Эллия всего три года как жила в Андоре. До этого она всю жизнь жила в монастыре святой Агнесс, там же она родилась и воспитывалась.

Она даже знать не знала, кто её отец до этого момента, пока он сам не приехал за ней в монастырь.

Эллия была дочерью графа Годвина, рождённой вне законного брака. Оказывается, у него была связь с её матерью – баронессой Лоран. Та была вдовой и уже три года жила без мужа. Как-то граф Годвин остановился в её замке проездом и… остался на всю зиму, сам от себя такого не ожидая. А поняв, что ждёт ребёнка – плод греха и любодеяния – вдова ушла в монастырь.

Там и родилась Эллия. Мать умерла спустя несколько лет, а граф вспомнил о дочери только как три года назад, после того, как погиб его последний из трёх сыновей.

Он вообще остался без наследников и вспомнил о незаконнорождённой дочери-бастардке и привёз её в Андор.

Собирался ли он объявлять её наследницей в собственном праве? Или просто хотел, чтобы рядом был кто-то из близких? Этого Эллия не знала, но отец любил её.